П О С Т А Н О В Л Е Н И Е                                             

«25» июля 1991 г.                    

 г. Москва    

Следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР советник юстиции Чернышев Е. И .,  рассмотрев материалы уголовного дела № 18-8359/90, - 

 У С Т А Н О В И Л : 

 1ноября 1990 года в г. Дубоссары ССР Молдова состоялся не­санкционированный, стихийно возникший митинг. На нем собравшиеся по политическим мотивам приняли резолюцию, предусматривавшую установку на дорогах контрольно-пропускных пунктов, а также бло­кирование моста, зданий нарсуда, прокуратуры, исполкома Дубоссаркого райсовета народных депутатов.

2 ноября 1990 г. в городе собралась группа местных жителей, которые во исполнение резолюции, принятой на митинге, незаконно произвели опечатывание помещений нарсуда, прокуратуры и ряда кабинетов Дубоссарского райисполкома, предварительно предложив и сотрудникам покинуть рабочие места.

В тот же день, для восстановления в городе общественного порядка руководством МВД ССРМ были направлены милицейские подразделения, численностью около 540 человек, снаряженные спецсредст­вами и вооруженные автоматическим оружием.

На подходах к городу Дубоссары, а также на его окраине произошли столкновения между сотрудниками милиции и гражданским населением, в результате которых трое местных жителей были убиты, а большое количество, граждан, в том числе и сотрудников милиции, получили различной степени тяжести телесные повреждения.

2 ноября 1990 г. Прокуратурой ССР Молдова были возбуждены два уголовных дела:

- уголовное дело № 18/5921-91, по фактам грубых нарушений общественного порядка в г. Дубоссары 2 ноября 1990 года, в пер­вой половине дня (по признакам преступления, предусмотренного ст.203⁴ УК ССРМ), расследование по которому осуществлялось на первоначальном этапе следователем прокуратуры ССРМ.  т. 1 л.д. 15

- уголовное дело № 18/8359-90, по фактам гибели людей, а так же причинения гражданам телесных повреждений (по признакам преступления, предусмотренного ст.185 ч.2 УК ССРМ). т.1 л. д. 1

8 ноября 1990 г. была создана следственная группа Прокуратуры СССР для расследования событий, произошедших в г. Дубоссары. т.1 л. д. 4-6

В тот же день уголовное дело 3 18/8359-90 принято к производству следственной группой Прокуратуры СССР.  т.1 л. д. 7

Уголовное дело № 18/5921-91 к производству следственной группой прокуратуры СССР принято 31 января 1991 года.  т.1 л. д. 20

15 мая 1991 г. оба уголовных дела объединены в единое следственное производство.т.1 л. д. 25

Срок предварительного следствия продлен прокурором ССР Молдовы до 2 июня с.г. т.1 л. д. 23-24, 12-13 

Расследованием установлено следующее:

I. Общественно-политическая ситуация в ССР Молдова (ССРМ). 

Общественно-политическая обстановка в ССР Молдова, сложив­шаяся накануне октябрьских-ноябрьских событий 1990 года, явилась отражением сложных и противоречивых процессов, протекающих в стране.  Процесс перестройки и демократизации в республике Молдовы вызвал подъем политической активности всех слоев общества, про­буждение национального самосознания, стремления к развитию национального языка, культуры, традиций, движение к экономическому и политическому суверенитету. Осуществляемая в последние годы высшими государственными органами власти законодательная деятельность создала реальные пред­посылки для демократического развития общества.

Однако, переход отдельных лидеров и сторонников ряда поли­тизированных движений и формирований на антисоциалистические, антиконституционные и экстремистские позиции, что нашло свое выражение в несанкционированных митингах и шествиях в центре Ки­шинева, пикетировании зданий Советских и партийных органов, по­пытках захвата административных зданий ЦК КПМ и СМ ССРМ, систе­матических сборищах у памятника Штефану Великому и заседаниях клуба им. Маниевича, в которых принимали участие до 5 тысяч и более человек привело к обострению общественно-политической обстановки в республике в начале 1989 года. Во время митингов, шествий, заседаний клуба имени Маниевича демонстрировали и скандировались лозунги, в которых выдвига­лись требования о прекращении миграции в Молдову, об отставке руководства республики, поднимались проблемы, связанные с вопро­сами языка, алфавита, культуры, раздавались призывы антирусского характера.

В апреле-июне 1989 г. был заметен спад социально-политической напряженности. В этот период внимание общественности акцентировалось на проблемах суверенитета ССРМ в рамках Союза ССР и приоритета коренной молдовской национальности. Деба­тировались вопросы, связанные с пактом Молотова-Риббентропа и т. "оккупацией и колонизацией" Молдовы, государственным языком. 31 марта 1989 года в местной печати были опубликованы Пос­тановления Президиума ВС МССР "О проектах законов МССР" о стату­се государственного языка МССР" и "о функционировании языков на территории МССР", а так же сами проекты, которые были вынесены на народное обсуждение. Основным положением этих законопроектов явилось декретирование в качестве государственного - молдавского языка.

В республике началась компания по обсуждению этих проекте т. 1 л. д. 239-241.  Русскоязычным населением, в том числе жителями Левобережья республики, в ходе обсуждения проектов законов "О языках…" вносились различные предложения, суть которых сводилась к установлению на территории республики, как это и было заложено в Конституции МССР, двух государственных языков - молдовского и русского.  т. 1 л. д. 242-267

Руководством республики делались заверения, что выносимые предложения будут учтены. Однако, на рассмотрение Верховного Совета был вынесен и принят проект не выносившийся на обсуждение и, по мнению русско­язычного населения, значительно ужесточивший требования к знанию молдовского языка различными группами населения. Одновременно молдовский язык был переведен на латинскую графику, подтверждено его тождество с румынским языком.  т. 1 л. д. 269-281

То обстоятельство, что на сессию вместо обсуждавшегося на­селением проекта закона о языках был вынесен вариант не подвер­гавшийся обсуждению, вызвал недовольство русскоязычной части населения, в первую очередь, жителей левобережных районов рес­публики. По Молдове волной прокатились забастовки. За короткий период времени забастовали предприятия Тирасполя, Бендер, Киши­нева, Бельц, Комрата и других городов, работники которых посчитали, что принятые сессией законы ущемляют их права.В этот период усиливается конфронтация между сторонниками народного фронта Молдова (НФМ) и "Интердвижения и единство".  т. 1, л. д. 195-198

Сторонниками НФМ данные действия были расценены, как забастовки "директоров", нежелающих изучать молдавский язык, а также как борьба русскоязычного населения против чаяний и жизненных инте­ресов молдовского народа, что явилось причиной нового витка на­пряженности.   После принятия законов о языке Правительство Молдовы приня­ло постановление, предусматривающее проведение аттестаций на знание государственного языка практически всеми руководителями, работниками торговли, сферы быта, медицинского обслуживания, органов власти и управления и т.д. Таким образом, владение госу­дарственным языком в объеме, необходимом для выполнения служебные обязанностей, стало одним из обязательных условий профессиональ­ной деятельности.

Не способствовали также стабилизации общественно-политичес­кой обстановки в республике утверждение Верховным Советом ССРМ "Триколора" в качестве государственного флага республики, обсуж­давшаяся административно-территориальная реформа, предусматри­вавшая отказ от системы советской власти, а также негативное отношение ряда народных депутатов к подписанию Союзного договора. Вследствие этого у русскоязычной части населения возникла озабоченность за свою судьбу, появилась неуверенность в завтраш­нем дне. После завершения периода забастовок лидеры Приднестровья начали прорабатывать вопросы защиты граждан от возможных небла­гоприятных последствий применения законов о языках.  В результате проведения референдума в Приднестровье, значи­тельная часть его населения высказалась о целесообразности создания автономной республики, однако, Постановлением Верховного Совета ССРМ результаты референдума были аннулированы.

По вопросу автономии гагаузского народа Верховный Совет ССРМ принял постановление, смысл которого сводился к тому, что гагаузы не являются коренными жителями республики и не имеют право на национально-территориальное образование. Последнее было воспринято представителями гагаузского населения, как оскорбление нации. В результате, 19 августа 1990 года был созвал съезд народ­ных депутатов всех уровней региона компактного проживания гагаузов, принявший Декларацию "О свободе и независимости гагаузского народа от республики Молдова", образовавший Гагаузскую республик утвердил ее границы, временный комитет и наметивший дату проведения выборов в Верховный Совет Гагаузской республики - 24 октября 1990 года. Спустя примерно месяц, на Левобережье, на съезде народных депутатов всех уровней Приднестровья была образована ПМССР - Приднестровская Молдовская Советская социалистическая республика и намечена дата проведения выборов в ее Верховный Совет - 25 ноября 1990 года.

По мере приближения выборов лидерами НФМ в Молдове начали нагнетаться антигагаузские настроения. 23.10.90 г. Правительством ССРМ было принято постановление № 407 "О формировании добровольных дружин в ССРМ", в п.4 которого: было сказано: "...обязать исполкомы местных Советов народных де­путатов, руководителей предприятий и хозяйств всемерно поддержи­вать создаваемые отряды добровольцев и оказывать им материальную и финансовую помощь". Таким образом, инициатива НФМ получила поддержку правитель­ства ССРМ. После этого большие группы волонтеров посланы в регион ком­пактного проживания гагаузов.

Одновременно в Приднестровье начали формироваться рабочие отряды ОСТК, которые также направились в южные районы Молдовы с целью оказания помощи сторонникам гагаузской республики в проведении выборов. Поскольку возникла реальная угроза столкновения лиц гагаузской национальности и молдавских волонтеров, туда же были переброшены подразделения сотрудников МВД ССРМ, состоящие из 60% лично состава органов внутренних дел, которые выполняли роль барьера между противостоящими силами. В пгт Чимишлия был создан оперативный штаб МВД ССРМ, которого возглавил Министр внутренних дел И. Г. Косташ.

Поскольку в числе волонтеров находилось много случайных людей, с их стороны стали допускаться факты нарушений общественно порядка. Так, за период с 26 октября 1990 года по I ноября 1990 го, ими было совершено, по сводкам МВД ССРМ, 25 правонарушений, в том числе, беспричинное избиение граждан, разрушение памятников В. И. Ленину, краж, повреждений автомашин граждан и т.д. Введение в регионе компактного проживания гагаузов режима чрезвычайного положения, въезд подразделений внутренних войск МВД СССР, а также деятельность органов милиции способствовала предотвращению столкновений волонтеров с представителями лиц гагаузской национальности.

Непосредственно в период, предшествовавший событиям 2 ноября 1990 г., в г. Дубоссары и районе обстановка резко обострилась связи с запланированными выборами народных депутатов ПМССР. При­чиной тому послужила активная миссионерская деятельность лидеров ОСТК г. Дубоссары, с одной стороны - и представителей общественно- политических формирований г. Кишинева и Правобережья - с другой, которые распространяли на территории района обращения к жителям Приднестровья с призывом бойкотировать предстоящие выборы. На осложнение обстановки повлияло и негативное отношение горожан к позиции райисполкома, прокуратуры и народного суда по вопросам образования ПМССР и государственной символики.

С 24 октября 1990 года на правом берегу р. Днестр при въезде на Дубоссарский мост был установлен пост милиции, имевший целью не допустить организованных групп, а также вооруженных лиц в сторону гагаузии. Там же находился отряд молдавских волонтеров в количестве до 100 человек, которые совместно с сотрудниками милиции останавливали транспортные средства, следовавшие на левый берег и во избежание провоза оружия производили их досмотр. Что вызвало недовольство граждан, проживающих на Левобережье р. Днестр.

Указанный пост был установлен несмотря на то, что чрезвы­чайное положение на территории Приднестровья не вводилось. Данные действия вызвали озабоченность среди жителей г. Дубоссары. Активизировал свою деятельность сформированный в октябре 1990 г. рабо­чий отряд содействия милиции (РОСМ), созданный из числа сторон­ников создания ПМССР. I ноября 1990 г. в г. Дубоссары были задер­жаны, а затем выдворены из города представители Правобережья из общества "Интегритате", занимавшиеся пропагандистской работой по блокированию выборов и сохранению территориальной целостности Молдовы. В этот же день через город Дубоссары проезжали добро­вольцы из г. Рыбница, возвращавшиеся из южных районов республики и призвавшие жителей проявить настойчивость в проведении выборов. Тогда же в городе состоялся многотысячный стихийно возникший ми­тинг, на котором собравшимися была принята противозаконная резо­люция, предусматривавшая перекрытие мостов, установку контрольно-пропускных пунктов на дорогах, а также блокирование здания нар­суда, прокуратуры, райисполкома. 06.11.90 г. эта резолюция была опубликована в районной газете "Заря Приднестровья".

2 ноября 1990 года, утром, в г. Дубоссары собралась группа женщин, которые в сопровождении членов рабочего отряда содействии милиции незаконно произвели опечатывание помещений нарсуда, прокуратуры и ряда кабинетов Дубоссарского райисполкома, выдворив на улицу работников указанных организаций. При этом в кабинете председателя Дубоссарского райисполкома были обнаружены листовки общества "Интегритате", которые были сожжены.

О проведении митинга 01.11.90 г. и принятой на нем резолю­ции начальник Дубоссарского РОВД Жосан Д. П. в тот же вечер сообщил телетайпограммой в оперативный штаб МВД республики Молдова. Он же по телефону сообщил Министру внутренних дел ССРМ гене­рал-майору Косташу И. Г. о происшедших событиях в городе, утром 2 ноября 1990 года, т.е. о блокировании зданий административных органов и райисполкома. Около II час. 30 мин. в связи с поступлением сообщений о на­правлении в г. Дубоссары отрядов волонтеров и вооруженных подразделений милиции жителями города была перекрыта железобетонными блоками левая сторона Полтавской трассы у Дубоссарского моста через р. Днестр. Правая сторона оставалась свободной для проезда.

Примерно в то же время поступило распоряжение Премьер-министра республики М. Друка о направлении в Дубоссары подразделения милиции для наведения там порядка. Во исполнение распоряжения Премьер-министра в тот же день Косташ И. Г. издал приказ № 4 "О деблокировании Дубоссарского моста через р. Днестр и организации охраны общественного порядка г. Дубоссары", в соответствии с которым сводному отряду МВД ССРМ Молдова под командованием Вырлана было поручено деблокировать Полтавскую трассу на мосту через р. Днестр и организовать охрану общественного порядка в г. Дубоссары.  т.4, л. д. 7-8

Около 12 часов, после издания указанного приказа № 4 от 2 ноября 1990 г., во его исполнение, из пгт Чимишлия в г. Дубос­сары выехал отряд милиции под командованием заместителя началь­ника УВД г. Кишинева, подполковника милиции Вырлана С.Х., в состав которого вошел отряд милиции особого назначения, отдельный батальон патрульно-постовой службы УВД г. Кишинева и другие немногочис­ленные подразделения МВД ССРМ.  Пока милицейские подразделения двигались в направлении г. Дубоссары, обстановка в городе нормализовалась, ключи от поме­щений суда, прокуратуры и РИКа возвращены работникам этих организаций.

Около 14 часов к Криулянской развилке, расположенной в 1,5 к от моста через р. Днестр, вблизи города Дубоссары, подошли колонн автомашин с курсантами КССШМ и сотрудниками учебного центра. Их встретили выехавшие из г. Дубоссары сотрудники местной милиции, которые информировали руководителей названных подразделений о нормализации обстановки в городе и изложили просьбу не вводить подразделения в город, из-за того, что она может вновь резко обостриться. Вскоре туда же прибыла колонна сводного отряда под командо­ванием подполковника милиции Вырлана С.Х. Последнему также было доложено о деблокировании зданий правоохранительных органов и райисполкома, о контролируемости обстановки в городе Дубоссары, о том, что мост через р. Днестр свободен для проезда.

Вырлан, чтобы убедиться в правильности полученной информа­ция сам лично выехал на левый берег Днестра, где при встрече и в разговоре с председателем Дубоссарского горсовета Финагиным и начальником Дубоссарского РОВД - Жосаном дополнительно уточнил сложившуюся ситуацию в городе. В связи с тем, что ситуация изме­нилась, он принял решение еще раз связаться с Министром внутрен­них дел ССР Молдовы - Косташем, чтобы обсудить с ним свои даль­нейшие действия. Так как с Косташем Вырлану переговорить не удалось, он свя­зался по телефону с премьер-министром республики Молдова - Друком  М.Г., которому он доложил о поступивших ему сведениях. Премьер-министр подтвердил необходимость дальнейшего исполнения приказа министра внутренних дел, несмотря на то, что Вырлан предупредил его о возможных последствиях, что при применении силы могут быть жертвы, как среди населения, так и среди сотрудников милиции. Во исполнение этого распоряжения Вырлан С.Х. собрал командиров подразделений, провел инструктаж и поставил им задачу по продвижению на г. Дубоссары. В это время местные жители перекрыли железобетонными блок и правую сторону проезжей части дороги, а в оставшийся проем установили трактор марки "К-700".

Колонна сотрудников милиции двинулась в направлении заграждения. Автомашина, снабженная громкоговорящим устройством, начала транслировать обращения к гражданам о прекращении противоправны действий и о необходимости беспрепятственного пропуска колонны сотрудниками милиции. Однако, гражданские лица, находившиеся на заграждении не подчинились требованиям сотрудников милиции. Сотрудники милиции вынуждены были штурмовать установленные гражданскими лицами заграждения, однако, местные жители стали забрасывать их камнями, металлическими прутьями, наносить удары щитам. Сотрудники милиции, соответственно, применили резиновые палки, слезоточивый газ, а также открыли огонь в воздух из авто­матов.    Преодолев сопротивление гражданских лиц, сотрудники милиции прорвали заслон и колонна двинулась далее в направления г. Дубоссары, производя беспорядочную стрельбу поверх голов и под ноги разбегающимся гражданам.

У КПП ГАИ, колонна повернула налево, на ул. Свердлова, где была встречена большой группой граждан, перекрывших движение по улице, вследствие чего вынуждена была остановиться. Поскольку горожане отказались пропустить в город формирования милиции, ко­лонна по указанию подполковника Вырлана С. Х. была развернута, вы­ведена на круг и, далее, по Полтавской трассе, последовала к району Большого Фонтана, чтобы произвести попытку въезда в город, с другой стороны, по Рыбницкому шоссе. Во время движения колонны, ее стала обгонять автомашина "КРАЗ" под управлением водителя Боровского, имевшего намерение перекрыть путь колонне. Сотрудники милиция открыли из автоматов огонь по указанной машине, с целю ее остановки. В районе Б. Фон­тана скаты "КРАЗа" были прострелены и машина остановилась. Води­тель Боровский был вытащен из кабины сотрудниками милиции и из­бит, после чего помещен в одну из машин ОМОН под охрану (в даль­нейшем сотрудником милиции Задорожным он был освобожден).

Данные действия милиция вызвали недовольство местных жителей которые в третий раз блокировали движение колонны и начали забра­сывать сотрудников милиции камнями и палками и другими подручным средствами. Поскольку войцы ОМОН находились в конце колонны, то сотрудники ОБППС оказались без щитов, открыли огонь из автоматов в воздух, а также по асфальту. В результате применения оружия, 12 человек из числа местных жителей получили огнестрельные ранения, а трое - Гелиток, Мициул и Готка от полученных пулевых ранений скончались. Несмотря на принятые меры, преодолеть сопротивление граждан сотрудникам милиции не удалось и колонна повернула в обратном направлении, возвратилась на правый берег р. Днестр. 

Митинг 1 ноября 1990 г. в г. Дуббосары. Реализация принятой митингом резолюции 2 ноября 1990 г. (блокирование зданий межрайпрокуратуры, народного суда, Дубоссар­ского райисполкома).

В конце сентября 1990 г. на собрании депутатов всех уровней районов Левобережья Молдовы, имевшим место в с. Пырыта Дубоссар­ского района был образован комитет по координации общественно-по­литической и социально-экономической деятельности районов Приднестровья "Интегритате" (пер. рус. "Целостность"). Задача названного комитета состояла в организации противодей­ствия сторонникам создания Приднестровской республики, под видом необходимости сохранения территориальной целостности Молдовы. По инициативе комитета, согласованной с правительством ССР Молдова, в типографии правительства были отпечатаны 10 тыс. экземпляров листовок, с текстами обращений к населению Левобережья, которые были привезены и помещены в кабинет заместителя предсе­дателя Дубоссарского райисполкома. Начиная с середины октября 1990 г., в г. Дубоссары приезжали члены комитета, которые проводили агитацию среди местных жителей за сохранение целостности республики, неучастие в выборах и одно­временно распространяли среди них листы-обращения, содержавшие призывы в тех же целях.

1 ноября 1990 г. в середине дня, в г. Дубоссары приехали 4 микроавтобуса, марки "РАФ", с членами комитета, которые останови­лись на центральной площади города, перед зданием райисполкома и стали проводить беседы с гражданами. Жители города, оказавшиеся на центральной площади во время приезда автомашин, потребовали прекратить агитацию и возвратиться на правый берег Днестра. При этом, изъятия в одной из автомашин "РАФ" листы - обращения комитета "Интегритате", допускали оскорб­ления в отношении членов группы. Агитаторы были вынуждены поки­нуть город и вернуться в г. Кишинев.

Сразу после их отъезда из Комрата приехали несколько авто­бусов с возвращавшимися добровольцами из числа жителей г.г. Рыбни­цы и Дубоссары, которые находились в южных районах Молдовы с целью оказания содействия гагаузам в проведении ими выборов в Верховный Совет Гагаузской республики. Встреча добровольцев вылилась в несанкционированный стихийны митинг. На нем выступали приехавшие из Комрата добровольцы, которые выражали недовольство, в связи с действиями молдавских волонте­ров, препятствовавшими проведению выборов на территории Гагаузии. После выступления добровольцев стали брать слово жители города, представляющие русскоязычное население. Выступающие крити­ковали работу суда, прокуратуры, райисполкома и РОВД.  Высказывали мнения, что народный суд не защищает интересы русскоязычного населения, преследует сторонников создания Прид­нестровской республики. Нарекания были адресованы судье Шуберницкой, которая, якобы, незаконно наложила административное взыска­ние в отношении гр. Куликова А., за неповинование сотрудникам ми­лиции при его задержаний за переход улицы в неположенном месте. Критиковавшие также обвиняли работников прокуратуры в не­законном возбуждении уголовного дела в отношении гр. Гилки С. и гр. Пожидаевой Н., которые, 17 сентября 1990 г., во время митинга на площади, у здания райисполкома, где произошло столкновение работников милиции с толпой граждан, требовали замены водруженного на здании райисполкома флага "триколор" на красный флаг. Названные граждане явились активными участниками этих событий в связи с чем прокуратура г.Кишинева часто производила их вызовы, а также вызовы других жителей города из числа русско-язычного населения на допросы. К тому же, гр-н Гилка был подвергнут принудительному приводу в прокуратуру района. На митинге высказывалось недовольство и деятельностью руководства райисполкома, которая, по словам выступавших, была направлена против создания Приднестровской республики, в связи с чем вела широкую пропаганду и агитацию среди сельского населения против ее участия в предстоящих в Приднестровье выборах. Критике подвергалась и работа местной милиции.

На митинге присутствовали начальник Дубоссарского РОВД Жосан Д.П., председатель Дубоссарского горсовета Финагин, его за­меститель Порожан, депутат горсовета Козлов, которые пытались успокоить собравшихся. Митингующими высказывались предложения о прекращении деятель­ности прокуратуры, народного суда, райисполкома, блокировании мос­тов через р. Днестр, переподчинении РОВД непосредственно гориспол­кому. Эти предложения во время митинга записывал председатель ОСТ г. Дубоссары Крыжановский, который по его окончанию зачитал их в виде резолюции, принятой в дальнейшем участниками митинга путем голосования. Названная резолюция предусматривала в частности:

 1. Со второго ноября 1990 г. заблокировать здание райиспол­кома сотрудниками РОСМ.

2. Блокировать мосты, дороги, установить КПП.

3. Блокировать прокуратуру и народный суд.

5. Районному РОВД перейти в подчинение горсовета или поки­нуть пределы города. т. 2 л. д. 234

Сделать вывод о том, что данный митинг явился специально организованной или заранее спланированной акцией, в ходе следствия, на основании добытых доказательств, не представилось возможным. Не было установлено и каких-либо фактов нарушения обществен­ного порядка во время его проведения.

Утром, 2 ноября 1990 года, примерно в 9 час., на площадь перед зданием Дубоссарского горсовета для выполнения резолюции митинга стали собираться граждане, в основном женщины пенсионного возраста, которых возглавила Пожидаева Н. Группа граждан, первоначально состоящая из 20-30 человек, затем постепенно увеличиваясь за счет присоединения к ней других граждан города, а также с участием сотрудников РОСМа, подош­ла к зданию Дубоссарской межрайонной прокуратуры. Часть из них, возглавляемая Пожидаевой, вошли в помещение прокуратуры и зачита­ли прокурору района Брязу, резолюцию митинга, а затем предложили ему вместе с подчиненными сотрудниками прекратить работу и поки­нуть помещение. Активным участниками проведенной акции по блокированию зда­ния прокуратуры и нарушению ее нормальной деятельности явились, кроме Пожидаевой, сотрудники РОСМ: Медушевский В. В., Коломенцев А. В., Пасат П. С., Олейник П. В.

Сотрудники прокуратуры вынуждены были покинуть помещение, которое было опечатано Пожидаевой путем наклеивания на входной двери чистого листа бумаги, с исполненными на нем подписями Пожидаевой и Медушевского. После этого, участники незаконной акции направились к зда­нию Дубоссарского районного народного суда. Зайдя в помещение, Пожидаева и другие также предложили работникам суда прекратить работу, покинуть здание и сдать ключи. Затем, Пожидаева Н. закрыла одно из зданий народного суда, опечатала его аналогичным образом и ключи от входной двери забра­ла с собой. Далее, группа граждан во главе с Пожидаевой Н. и работника­ми РОСМ: Медушевским, Олейником и другими зашли в здание райиспол­кома, обошли ряд кабинетов, в которых работали сотрудники райис­полкома и предложили последним покинуть рабочие места. Вынудив, таким образом, сотрудников райисполкома прекратить работу, Пожидаева Н. и другие закрыли часть кабинетов. В кабинете заместителя председателя райисполкома ими были обнаружены листы-обращения комитета "Интегритате" и полупустая бутылка с вином, которые были вынесены на улицу и сожжены перед зданием райисполкома. Изъятые ключи от зданий прокуратуры, народного суда, кабинетов райисполкома были переданы заместителю председателя Дубоссарского Горсовета - Порожану А.Г., в кабинет № 408, в котором он в то время располагался.

В тот же день, по инициативе Финагина в период с 11 до 14 часов сотрудникам прокуратуры, народного суда и райисполкома ключ были возвращены и они получили возможность приступить к работе.  Работники Дубоссарского РОВД, а так же непосредственно на­чальник райотдела - Жосан Д.П., пытались убедить участников акции в незаконности совершаемых ими действий. Однако, оценивая сложную напряженную обстановку, сложившуюся на тот момент в городе, опасаясь непредвиденных последствий, в случае активного вмешательства работников РОВД, реальных и действенных мер со стороны последних к предотвращению противоправных действий, предпринято не было.

Вышеизложенные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами, добытыми в ходе расследования уголовного дела. Так, допрошенный в качестве свидетеля председатель Дубоссарского райисполкома Мицкул И.Т. показал, что после принятия Зако­на о государственном языке, а также Закона о государственном флаге ССРМ политическая ситуация в г. Дубоссары обострилась, вследствие неприятия русскоязычным населением отдельных пунктов названных законов.  Со здания райисполкома неоднократно снимался государственный флаг Молдовы - "триколор." Во время Дубоссарских событий 2 ноября 1990 г. он был в Москве, а по возвращении на работу 5 ноября 1990 г. увидел, что входная дверь его рабочего кабинета оказалась опечатанной полоской бумаги. Находившиеся в кабинете листовки комитета "Интегритате" исчезли.  т. 5 л. д. 206-209

Свидетель Голбан И. М. пояснил, что в конце октября 1990 г. в течение нескольких дней он выезжал в составе агитационной бригад для разъяснения общественно-политической обстановки, сложившейся в республике, населению Левобережья. 1 ноября 1990 г., вместе с писателем Громовым А. Я.  и другими, примерно к обеду, приехал в г. Дубоссары. Когда остановились на площади перед горисполкомом, то их автомашина была окружена группой парней, как он понял из ОСТК, которые узнав о цели их приезда также ознакомившись с листовками, отобрали у них киноаппаратуру оскорбляли, требовали возвратиться в г. Кишинев.  В дальнейшем киноаппаратура была им возвращена, и они выехали обратно в г. Кишинев. Когда выехали с площади, по дороге им встретились автобусы с добровольцами, возвращавшимися из Комрата.  т. 2 л. д. 20-21. Аналогичные показания по данным обстоятельствам дали свиде­тели: Громов А. Я., Трочилло С. И., Вишневский О. В., Орехов 10. В. и другие.  т. 2 л. д. 22-23, 31-32, 33-36, 37-39

Свидетель Артемий В. А., работающий заместителем начальника Дубоссарского РОВД показал, что 1 ноября 1990 г. ему с утра позвонили на работу и попросили прибыть на площадь перед горсоветом, сообщили о приезде нескольких автомашин, марки РАФ, с агитаторами из Кишинева. Что последних агрессивно встретили местные жители и необходимо принять меры по поддержанию порядка. В составе других работников милиции он выехал с площади, где находились 4 автомобиля РАФ. Собравшиеся вокруг автомашины местные жители из числа русскоязычного населения оскорбляли приезжих, требовали, чтобы они уехали в г. Кишинев. Эти были члены агитационных групп по линии комитета "Интегритате". Работники милиции обратились к ним и попросили, во избежание конфликта, уехать из города. Перед отъездом кто-то из местных жителей открыл двери одной из машин и показал, всем, что, в ней находятся листовки народно фронта. Агитаторы разъяснили, что это не листовки народного фронта, а листы-обращения комитета "Интегритате". Население отрицательно отнеслось к содержанию этих обращений. С помощью работников милиции удалось прекратить инцидент и автомашины РАФ с агитаторами уехали. Сразу после этого на площади стихийно начался митинг по случаю приезда добровольцев из Комрата. На митинге выступали добровольцы, которые рассказывали о создавшейся общественно-политической обстановке в Комрате. Затем они уехали, а жители г. Дубоссары продолжали митинг. В дальнейшее на митинге выступили Олейник П., Крыжановский, Финагин, Пожидаева Н. и др. Подавались предложения о закрытии прокуратуры, народного суда, переподчинении РОВД горисполкому и другие. Крыжановский зачитал проект резолюции митинга, содержащий названные предложения.  т. 2 л. д. 99-101

Показания Артемия В.А. подтвердили работники милиции Ефимов П. В., Колесник В. В., Лубягин А. В., Цуркан Н. Ф., которые 1 ноября 1990 г. вместе с Артемий В. А. выехали на площадь перед горсовет и являлись очевидцами возникшего конфликта между группами агитаторов и местным населением, а также состоявшегося митинга по случаю приезда добровольцев возвращавшихся из Комрата. Допрошенный в качестве свидетеля заместитель председателя горсовета Порожан А.Г. показал, что 1 ноября 1990 г. на площадь перед горсоветом приехали несколько групп агитаторов, в связи с чем на площади собрался народ, который, узнав о том, что приехавшие агитируют против создания Приднестровской республики, потребовали, чтобы те немедленно покинули город. Во избежание столкновений с местным населением он попроси, их уехать из города. Через некоторое время после отъезда группы агитаторов, на площадь прибыли добровольцы из Дубоссары и Рыбницы, находившиеся в г. Комрате во время выборов в Верховный Совет Гагаузской республики. По случаю их приезда состоялся несанкционированный митинг. 2 ноября 1990 г., с утра, возле райисполкома собралась группа граждан, которые вынесли из помещения исполкома листовки и сожгли их. Они же опечатали и кабинеты райисполкома. Вместе с председателем Горсовета Финагиным он попросил людей разойтись по домам и дать возможность сотрудникам райисполкома продолжать работать. После этого, от Данилайко узнал, что были закрыты также здания прокуратуры и райисполкома. Он распорядился вернуть ключи представителям админорганов, чтобы они приступили к работе.   т. 5 л. д.  227-235

Свидетель Финагин В. А. показал, что 1 ноября 1990 г. по случаю приезда добровольцев из Рыбницы и Дубоссары, которые были в Комрате во время проведения выборов в Гагаузскую республику на площади перед зданием горсовета возник стихийный митинг. Он толю пошел на митинг и по просьбе горожан ответил на многочисленные вопросы. На митинге подавались предложения о закрытии, прокуратуры, народного суда, райисполкома, однако, он не придал этому значения, поскольку подобные высказывания выражались и в период проведения других митингов. После ответа на вопросы граждан, он ушел. Когда принималась резолюция, то его уже не было на митинге.

2 ноября 1990 г., с утра, ему позвонили на работу и сообщили, что группа граждан из числа горожан зашли в райисполком и нашли там листовки, которые сжигают перед зданием исполкома. Он собрался и пошел к зданию исполкома, где действительно увидел, что у входа в здание горит костер из листовок. Почти все кабинеты райисполкома, кроме двух, были закрыты опечатаны. Он лично сорвал заклейки с тех кабинетов, которые необходимы были сотрудникам райисполкома для работы. О том, что кроме райисполкома были закрыты и опечатаны также здания прокуратуры и народного суда, он узнал от Порожана, при­мерно в 11 час., в связи с чем распорядился найти ключи, от эти зданий и вернуть их по принадлежности. т. 5 л. д. 210-221

 Свидетель Крыжановский В. Ф., показал, что 1 ноября 1990 г. после обеда, приехали добровольцы из Рыбницы и Дубоссары, которые находились в г. Комрат, во время проведения выборов в Верховный Совет Гагаузской республики. По случаю их приезда на площе перед зданием горсовета собрались жители города и состоялся стихийный митинг, на котором он также присутствовал. Участники митинга вносили, различные предложения, в том числе о закрытии прокуратуры, народного суда, райисполкома, о блоки­ровании моста через р. Днестр. Предложения участников митинга он записывал, а в конце огласил их в виде проекта резолюции, за который проголосовали единогласно все присутствовавшие. 2 ноября 1990 г. в блокировании зданий прокуратуры, народного суда и райисполкома он не участвовал.  т. 2 л. д. 199-200. Аналогичные показания дали свидетели Козлов Г. И. (т. 2 л. д. 211), Здоровец И. И. (т. 2 л. д.184), Гилка С. В. (т.2 л. д. 8-10), Куликов А. А. (т.2 л. д. 198-200).  Кроме того, Куликов пояснил, что он тоже выступил на ми­тинге по поводу его задержания работниками милиции. Считает, что суд оштрафовал его неправильно.

2 ноября 1990 г. примерно в 9 час.30 мин. на площади собралась группа граждан, из числа местных жителей. В основном это были женщины, которые решили выполнить резолюцию митинга по закрытию прокуратуры, народного суда, райисполкома. Вместе с ними пошли и сотрудники РОСМ, в том числе и он. Когда он пришел к зданию прокуратуры, то оно уже было закрыто и двери опечатаны. Группа граждан, блокировавшая прокуратуру направлялась уже к зданию народного суда. Часть из них зашла в помещение суда и заставила его работников покинуть кабинеты. Собравшиеся направились к зданию райисполкома, зашли во внутрь и, обойдя кабинеты, вынудили сотрудников покинуть рабочие места, мотивируя свои действия тем, что в связи с принятием ре­золюции митинга, райисполком закрывается. В кабинетах райисполкома обнаружили "листовки", которые были на улице, перед зданием сожжены.  т.3 л. д. 219-220

Допрошенный в качестве свидетеля начальник Дубоссарского РОВД Жосан Д. П. показал, что 1 ноября 1990 года, примерно в 9 часов утра на центральной площади г. Дубоссары прибыло несколько микроавтобусов марки РАФ, с агитаторами по линии комитета "Интегритате" для проведения среди населения района агитационной работы против территориального разделения ССР Молдовы. Узнав об их приезде, на площади собралось несколько сот граждан, которые требовали прекратить агитацию и покинуть территорию города, пытались перевернуть одну из автомашин. В связи с этим на площадь прибыли работники местной милиции которые предотвратили столкновение и агитаторы уехали. После этого, примерно в 13 час. приехали автобусы с добровольцами, возвращавшимися из Комрата. На площади продолжал собираться народ и по случаю приезда добровольцев, возник стихийный митинг. Его вел председатель ОСТК Крыжановский. Участники попросили его пояснить собравшимся, почему работники милиции, по их мнению, преследуют людей из числа русскоязычного населения по политическим мотивам. Задавали вопросы по имевшим место фактам принудительных приводов нескольких дубоссарцев в прокуратуру, привлечения одного из них к административной ответственности за оказание неповиновения работникам милиции.

Все эти действия работников милиции были восприняты митингующими, как, ущемление своих прав. Раздавались, призывы к блоки­рованию зданий административных органов, моста, дорог. Предпринимавшиеся им попытки разъяснить гражданам незаконный характер их требований, положительного результата не дали. Участниками, митинга были проголосованы предложения о блоки­ровании зданий прокуратуры, народного суда, райисполкома, а также моста через р. Днестр, которые нашли отражение в резолюции.

2 ноября 1990 года, примерно в 9 час., ему позвонил председатель народного суда Вистерничан Д., который сообщил, что помещение суда блокировано группой собравшихся граждан. Совместно с несколькими работниками милиции он выехал к зданию суда, где обратился к гражданам и попытался разъяснить незаконность их действий, предлагал им разойтись. Однако, его обращение должного воздействия не оказало, наоборот, стали раздаваться призывы блокировать и здание райотдела внутренних дел. В это время там же находились и работники райпрокуратуры, от которых ему стало известно и о блокировании здания прокуратуры. Далее, участники событий прошли в здание райисполкома, откуда вынесли и сожгли листовки, забрали ключи. Через некоторое время ключи от помещений суда, прокуратур и кабинетов райисполкома были возвращены работникам этих орга­низаций.  т. 5 л. д. 16-21

Свидетель Пожидаева Н. И. показала, что в последнее время она неоднократно выступала во время проводимых митингов на площади считая, что со стороны руководства и правительства республики Молдова принимаются законы ущемляющие права русскоязычного населения. Так, 17 сентября 1990 г. на площади перед райисполкомом проводился несанкционированный митинг по случаю приезда Премьер-министра ССРМ Друка М. Г. На этом митинге, наряду с другими гражданами, она требовала, снятия государственного флага ССР Молдова со здании райсовета и водружения государственного флага СССР. В связи с активным участием во время митинга ее неоднократно вызывали в прокуратуру и допрашивали. Данные действия рассматривает, как преследования русскоязычного населения со стороны прокуратуры ССР Молдовы.

1 ноября 1990 года, примерно в 15 часов, она была на площади перед Горсоветом, где происходила встреча - с добровольцами городов Дубоссары и Рыбницы вернувшимися из южных районов респуб­лики. По этому случаю и возник стихийный митинг, на котором добровольцы поделились впечатлениями о тех трудностях, которые имели место в период проведения выборов в Верховный Совет Гагаузской республики. Вел митинг Крыжановский. Его участники подавали различные предложения, в том числе о прекращении деятельности прокуратуры, народного суда, райисполкома, как не отвечающим интересам жителей города. Резолюцию зачитал и поставил на голосование Крыжановский. Там же решили на следующее утро собраться на площади для испол­нения резолюции. 2 ноября 1990 года, примерно в 9 часов, на площади перед Горсоветом стали собираться люда и направились к зданию прокура­туры. Она и еще несколько незнакомых ей граждан вошли во внутрь помещения, зашли в кабинет прокурора района - Брязу, и зачитав резолюцию митинга, предложили ему и остальным сотрудникам проку­ратуры покинуть рабочие места. После того, как все вышли двери прокуратуры были закрыты на ключ и она опечатала их листом бумаги где расписалась. Ключ взял один из молодых людей. Со слов Пожидаевой она принимала активное участие и в прекращении нормальной деятельности народного суда и райисполкома. В частности, предлагала судьям покинуть помещение, закрывала двери здания суда, опечатывала ее. В исполкоме обнаружила листовки народного фронта и с помощью молодых ребят они были вынесены и сожжены. Она же взяла ключи от некоторых кабинетов в райисполкоме, которые отнесла в горисполком.  Фамилии соучастников этой акции Пожидаева не назвала, сообщив, что они ей не знакомы.

Следствием установлено, что совместно с Пожидаевой наиболее активную роль в прерывании нормальной работы суда, прокуратуры  райисполкома выполняли:

- члены РОСМа Медушевский В.В., опечатывавший двери проку­ратуры, а также предлагавший сотрудникам суда я райисполкома покинуть место работы; Родовский В. В., забравший ключи от прокура­туры; Олейник Л. В., сжигавший перед райисполкомом листовки и опечатавший там же несколько кабинетов; Коломейцев А. В., - предла­гавший сотрудникам прокуратуры и райисполкома покинуть рабочие места, опечатавший двери зданий прокуратуры и суда, а также принимавший участие в сожжении листовок перед райисполкомом. Совершение ими вышеуказанных действий подтверждается их собственным признанием, показаниями работников прокуратуры Брязу, Мынзат и других; работников суда и райисполкома Шубернецкой, Золотковой, Стэвиле, Андриуца, Бурдюжа и другие, являвшихся очевидцами незаконной акции.  т.2 л. д. 155-166, 169-172, 119-212,  т.3 л. д.19-23,36-39, 56-61, 62-64, 120-123, 107-108

Согласно заключению почерковедческой экспертизы подписи на полосках бумаг, которыми были опечатаны здание прокуратуры и один из кабинетов, райисполкома, исполнены Пожидаевой Н. И. Одна из подписей на полоске бумаги, которой было опечатано здание прокуратуры, исполнена Медушевским В. В . т.3 л. д. 177-183

Таким образом, в отношении состоявшегося 1 ноября 1990 г. на центральной площади перед зданием горсовета несанкционированного митинга на котором, была принята резолюция предусматривавшая блокирование со второго ноября прокуратуры, народного суда, райисполкома, моста через р. Днестр, сделать вывод о том, что данный митинг явился специально организованной или заранее спланированной акцией, в ходе следствия, на основании добытых доказательств не представилось возможным. Не было установлено и каких-либо фактов нарушения общественного порядка во время его проведения. При таких обстоятельствах по факту возникшего конфликта между группой агитаторов комитета "Интегритате" и местными жителями, а также по факту проведенного 1 ноября 1990 г. несанкционированного митинга уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст.203⁴ УК ССРМ.

Оценивая действия Пожидаевой, Медушевского, Коломейцева, Олейника П. и Родовского В. В. утром 02.11.90 г. необходимо признать, что в них формально усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст.203⁴ УК ССРМ. Вместе с этим, изучая мотивы и цели противоправных действий вышеуказанных лиц, следствие установило, что они действовали не с целью нарушения общественного порядка, а по политическим мотивам, выполняя резолюцию городского митинга от 1 ноября 1990 г., добросовестно заблуждаясь в правомерности своих действий. Последнее обстоятельство подтверждается фактом оглашения сотрудниками блокируемых учреждений резолюции митинга, как обоснование своих действий.

Согласно же Постановлению Пленума Верховного Суда ССР Молдовы от 24 сентября 1990 г. по уголовному делу по обвинению Калистру Ф. Д., Нистер В. И., Кишларя С. К., Никулица Г. Н., Выртос Г. П., Фераря Ю. И. и Смолянкина М. Л. по ст. ст. 203⁴ и 204¹ ч. 2 УК ССРМ, разъяснения которого являются обязательными в деятель­ности всех судов, а также органов предварительного следствия ССР Молдовы, по ст.203⁴ к уголовной ответственности могут быть привлечены только лица, которые умышленно организовали или активно участвовали в групповых действиях с целью нарушения общественного порядка, т.е. виновный должен сознавать общественно опасный характер своего действия, предвидеть его общественно опасные по­следствия и желать наступлениях этих последствий. Доказательств того, что Пожидаева, Коломейцев, Родовский, Олейник и Медушевский, принимая активное участие в прекращении деятельности межрайпрокуратуры, народного суда и райисполкома, действовали с целью умышленного нарушения общественного порядка следствием не добыто. Таким образом, в действиях перечисленных лиц отсутствует субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ст.203⁴ УК ССРМ. В связи с этим уголовное дело в отношении них подлежит прекращению, ввиду отсутствия в их действиях состава преступления.

БЛОКИРОВАНИЕ ТРАНСПОРТНОЙ КОММУНИКАЦИИ - ТРАССЫ КИШИНЕВ-ПОЛТАВА, НА МОСТУ ЧЕРЕЗ р. ДНЕСТР. 

Как уже указывалось, в конце октября 1990 года, общественно-политическая ситуация в республике крайне обострилась. Причинами тому явились, с одной стороны, действия лидеров гагаузии и Приднестровья, организовывавших, вопреки решению парламента ССРМ проведение выборов народных депутатов антиконституционных гагаузский и Приднестровский республик, а с другой стороны деятельность лидеров НФМ, и правительства республики начавших формирование отрядов молдовских волонтеров с целью воспрепятствования силовыми методами созданию гагаузской и Приднестровской республик. В последних числах октября 1990 года на ряде дорог к городу были выставлены посты милиции вместе с которыми дежурили волонтеры. Ими производился досмотр транспортных средств, с целью недопущения провоза оружия, а также проезда организованных групп в южные районы республики. Данные действия естественно вызывали озабоченность населения города Дубоссары, а также руководства горсовета. Тем более, что по городу распространялись слухи о возможности нападения на город отрядов волонтеров. На совещания в конце октября 1990 г. с руководителями предприятий и командирами ДНД председатель городского Совета народрых депутатов проинформировал собравшихся о возникших в южных регионах республики беспорядках, а также обстановке в районе г. Дубоссары, и предложил выделять людей для обеспечения общественного порядка. Данное предложение было поддержано присутствующими.

Утром 1 ноября 1990 года с согласия Финагина В. А. и его заместителя Порожана А. Г. в Дубоссарском Доме пионеров по инициативе и под руководством депутата горсовета Гамова А. В. состоялось собрание командиров ДНД предприятий города. Обговаривались средства оповещения, порядок сбора членов ДНД и их взаимодействие по обеспечению общественного порядка и защиты города на случай появления волонтеров. Вечером того же дня 5 членов ДНД дежурили у поста ГАИ, при выезде из города. Их инструктаж проводился Финагиным и Порожаном, обращавшими внимание лишь на поддержание общественного порядка необходимость предупреждения руководства города при появлении волонтеров. 2 ноября 1990 года, в горисполком, к 9 часам по собственной инициативе стали приходить жители города. Одни для того, чтобы записаться в ДНД, другие - узнать о происходивших в городе собы­тиях. Записавшихся в члены ДНД направляли дежурить у поста ГАИ. Вследствие этого до 12 часов дня в районе поста ГАИ, именуемым в обиходе "круг", в общей сложности собралось от 50 до 60 человек из числа местных жителей. Около моста через реку Днестр, был установлен пост по проверке движущегося с левого на правый берег и в обратном направлении транспорта. Присутствовавшие там же работники ГАИ Дубоссарского РОВД деятельность гражданских лиц не вмешивались.

В тот же день, с утра, на отдельных предприятиях города прошли стихийные собрания трудовых коллективов с повесткой дня "О мерах по защите города от нападения волонтеров". Так, собрание работников автопарка МСО-2 поручило главному механику Коханенко выделить, в случае необходимости, большегрузную технику. Начальник УПТК МСО-2 Сипченко дал устное указание заведующему складом Огареву беспрепятственно выдавать ж/б блоки, если за ними приедут. В полдень дежурившие у поста ГАИ дружинники, от проезжавши со стороны Кишинева лиц, узнали о продвижении по шоссе колонны вооруженных формирований. Поэтому жители города к 14 часам перегородили правую проезжую часть дороги привезенным из МСО-2 ж/б блоками. Левая проезжая часть дороги была перекрыта около 17 часов только после вступления на мост подразделений сводного отряда милиции. Вышеуказанные незаконные действия жителей города по умышленному блокированию транспортной коммуникации, установке поста с досмотром груза и проверка документов подтверждается следующей совокупностью собранных по делу доказательств.

ПОКАЗАНИЯМИ СВИДЕТЕЛЕЙ:

1. ГЕРБИША С. А. (т.14 л. д. 193-194), Морареску А. С. (т.14 л. д. 210-213), Сипченко В. В. (т.14 л. д. 86-90) и многих других, а также вещественным доказательством - приобщенной к делу видеозаписью.   т. 24 л. д. 4-6

Оценивая действия блокировавших Полтавскую трассу у Дубоссарского моста граждан, следствие находит, что они формально образуют собой объективную сторону состава преступления, предусмотренного Законом СССР "Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуникаций и иные незаконные действия, посягающие на нормальную и безопасную работу транспорта" от 23 октября 1990 года. Вместе с тем, данный Закон был ратифицирован Верховным Советом ССР Молдова лишь 4 ноября 1990 года. В соответствие же со ст. 74¹ Конституции республики законы СССР действуют на территории Молдовы только после их ратификации. Таким образом, по состоянию на 2 ноября 1990 года действия по блокированию транспортных коммуникации на территории республики преступными не являлись.

В связи с изложенным, уголовное дело в отношении лиц, блокировавших транспортные коммуникации подлежит прекращению ввиду отсутствия события преступления. 

ФОРМИРОВАНИЕ И НАПРАВЛЕНИЕ СВОДНОГО ОТРЯДА ССР МОЛДОВА В г. ДУБОССАРЫ. 

Утром того же дня, т. е. 2 ноября 1990 года, информация о вышеописанных событиях по различным каналам (сообщения из дежурной части МВД, Дубоссарского РОВД, телефонные разговоры с руководством РОВД, оперативные источники) поступила к Министру внутренних дел республики Молдова, генерал-майору Косташу И. Г., который в тот период времени находился в оперативном штате МВД ССРМ в п.г.т. Чимишлия. Одновременно Косташу поступило указание бывшего Премьер-Министра республики Молдова М. Друка о необходимости под его личную ответственность принятия срочных мер по восстановлению нарушен­ного общественного порядка в Дубоссары. Сразу по получению этой информации во исполнение полученного указания Косташ распорядился создать из дислоцированных в южном районе республики милицейских подразделений сводный отряд, поставив перед ним задачу деблокировать мост через реку Днестр, и восстановить в городе общественный порядок.

Сводный отряд был сформирован из отдельного батальона патрульно-постовой службы УВД гор. Кишинева в количестве 140 человек под командованием капитана милиции Коваля В.С., отдельного батальона патрульно-постовой службы Советского РОВД г. Кишинева в количестве 23-ех человек (командир-капитан милиции Бурлаку К.Г.) и подразделения ОМОНа под командованием капитана милиции Мельника И. А., количестве 56-ти человек. Отдельной роте конвойной службы УВД г. Кишинева (командир - ст. лейтенант милиции Лэпушняну В.И.) в количестве 18-ти человек и подразделению ОБДПС ГАИ УВД г. Кишинева под командованием майора милиции Батку В.М. в количестве 14-ти человек, было поручено обеспечить безопасность движения колонны машин сводного отряда при продвижении в Дубоссары. Для ведения разъяснительной работы с населением при осуществлении операции по деблокированию моста была включена специальная группа из офицеров центрального аппарата МВД Республики Молдова во главе с подполковником милиции Корлэтяну.

Кроме того, в состав сводного отряда по личному распоряжению Премьер-министра республики Молдова вошли (в качестве резерва) два милицейских формирования - Кишиневская средняя школа милиции (132 курсанта и офицеры) под командованием генерал-майора милиции Райляна М. С. и личный состав учебного центра МВД республики в количестве 143 человек во главе с подполковником милиции Тэойко Н. М.

Личный состав этих подразделений самостоятельно выехал из Кишинева, к 13-ти часам прибыл и расположился на трассе Кишинев-Полтава на расстоянии примерно 1-го км, не доезжая моста через Днестр (перед Дубоссары). Остальные силы отряда единой колонной под командованием заместителя начальника УВД г. Кишинева - подполковника Вырлана Д. С. который был назначен Косташем И. Г. командиром сводного отряда, выехали из Чимишлии примерно в 12 часов дня и прибыли к мосту через Днестр около 15-ти часов.

Из вышеуказанных подразделений сводного отряда автоматами АКСУ-74У, боевыми патронами к ним (по 60 патронов на каждого сотрудника), средствами специальной защиты (палками резиновыми, щитами "Витраж" и касками армейскими) были вооружены и оснащены сотрудники обоих батальонов и ОМОН. Кроме этого, специальная группа из состава ОМОН была оснащена спецсредствами: "Черемуха-4", "Черемуха-6", "Черемуха-7" и "Черемуха-10". Оружие, боеприпасы, средства индивидуальной и специальной защиты этим подразделениям были выданы в октябре 1990 года во время их нахождения в Чимишлии в связи с объявлением Верховным Советом Республики Молдова режима чрезвычайного положения в ряде населенных пунктов юга республики.

Узнав о приближении к городу колонны с вооруженными подразделениями работников милиции, навстречу выехали заместители начальника РОВД Бевзюк и Артемий, которые на Криулянской развилке переговорили с руководителем подразделения - Мудровым, следовавшим в составе колонны, сообщили, что обстановка в городе нормальная и нет необходимости ввода подразделений.

Когда к развилке подъехала колонна сводного отряда под ко­мандованием Вырлана, последний был информирован Мудровым, Пасиковским, Райляном и другими лицами о нормализации обстановки в городе и просьбе руководства горисполкома и РОВД не вводить колонну в город.

Выслушав их, Вырлан лично выехал в г. Дубоссары с целю убедиться в достоверности информации. За мостом он был остановлен группой граждан. Жители, узнав, что Вырлан работник Кишиневской милиции, не пропустили его в город. Подошедший председатель горсовета Финагин, начальник РОВД Жосан и его заместитель Лупол также проинформировали Вырлана о нормализации обстановки и изложили просьбу воздержаться от ввода подразделений в город.

Вернувшись на правую сторону Днестра, Вырлан из вагончика поста ГАИ связался по телефону с Премьер-министром М. Друком, которому доложил обстановку, сообщив, что на мосту собралось большое количество людей, продвижение в город возможно лишь с применением силы, и что при этом могут быть пострадавшие. Несмотря на это М. Друк обязал Вырлана выполнить приказ министра, предложив ему воспользоваться помощью волонтеров, от которых последний отказался. Вернувшись к колонне, Вырлан собрал командиров подразделений поставив им задачу деблокировать мост, войти в г. Дубоссары и проследовать далее в с. Кочиеры. Им же был определен порядок следования колонны.

Об изложенном показали:

Свидетель Вырлан: "2-го ноября 1990 года в р.п. Чимишлия в 11 часов я был приглашен к министру Косташу, который объяснил, что в Дубоссарах заблокирован отдел милиции, здания прокуратуры и суда, а также райисполкома. Министром мне было устно приказано совершить марш в Дубоссары и деблокировать эти учреждения, обеспечить нормальную деятельность путем выставления постов и патрулирования, а остальную часть подразделений дислоцировать в с. Кочиеры (в 10-15 км от Дубоссары) и ждать постановки следующих задач, определенных МВД ССРМ. Я собрал командиров подразделений. К 13 часам колонна была выстроена и тронулась в путь. Мы совершили марш и в 15 ч. 30 мин., прибыли со стороны западной части на развилку Полтавского шоссе в Криулянах. Колонна остановилась не доезжая моста на р. Днестр примерно 1,5 - 2 км. Там находились курсанты учебного центра МВД, которым командовал п/п Хабои В.В., и курсанты Кишиневской специальной средней школы милиции, которыми командовал п/п-к Мудров. Мне объяснили, что мост ч р. Днестр наполовину перекрыт ж/б плитами, там же скопилась толпа примерно 350-400 человек. Я решил сам поехать к мосту, чтобы убедиться в правильности услышанного.

Левая сторона проезжей части моста была действительно заблокирована ж/б блоками. Собралась толпа разъяренных людей, примерно 350-400 человек. У них уже видимо имелись сведения о том, что движется колонна. За мостом в 150-200 метрах меня остановили, я представился, сказал, что мне нужен кто-либо из руководства. Ко мне подошел один гражданин и представился председателем городского Совета, фамилию я его не запомнил. Рядом с ним оказался майор или подполковник милиции, представился заместителем начальника РОВД, назвал свою фамилию, но я ее тоже не запомнил. Я объяснил им поставленную передо мной Министром внутренних дел ССР Молдова задачу о деблокировании зданий суда, прокуратуры, райисполкома, и высказал желание проехать в город. Председатель горсовета заверил меня, что это недостоверные слухи. Я понял, что обстановка идет к нормализации. Мне пытались оказать содействие, чтобы вместе с ними, а также корреспондентом "Труда" проехал в город, чтобы я имел возможность лично убедиться в восстановлении общественного порядка. Но толпа меня не пустила. Тогда я возвратился за Днестр и зашел в вагончик, в котором был установлен телефон. В это время позвонил премьер-министр республики Друк. Я доложил ему об обстановке, приказе Косташа, что народ на мосту не пропускает нас в город и дальнейшее продвижение чревато стычками с местным населением, возможны жертвы. Друк предложил помощь добровольцев. Я отказался от помощи, но попросил, чтобы Министр уточнил задачу. На это мне Друк отве­тил, что Министра нет, но данный им приказ надо выполнять. Я еще раз обратил внимание, что при этом могут быть даже жертвы. Друк мне сказал: "подполковник, Вы получили приказ, Вы его и выполняйте." Получив указание главы Правительства о выполнении приказа Министра, поехал к колонне и поставил задачу перед командирами подразделений о дальнейшем продвижения…" т. 4 л. д. 103-109, 110-130, 131-134, 135-13

Свидетель Жосан показал по этому поводу: "… 2 ноября 1990 года лично от председателя райнарсуда г. Ду­боссары я узнал, что здание суда заблокировано. Тут же от прокурора узнал, что его тоже выгнали из служебного помещения. Дав указание об осуществлении охраны здания исполкома, я возвратился в райотдел и доложил о случившемся дежурному по МВД. С личным сос­тавом выехал к райисполкому. Люди жгли обращения комитета "Интегритате". По обстановке я понял, что деятельность исполкома так же прекращена. Об этом я доложил начальнику дежурной части МВД Молдова Запорожцу и совместно с ним было принято решение об эва­куационных мероприятиях в РОВД.

В 11ч.30 мин. я позвонил в горсовет Финагину В. А., от кото­рого узнал, что обстановка нормализовалась и органам суда, про­куратуры и исполкома дана возможность продолжить работу беспрепятственно. Об этом я тут же доложил в дежурную часть МВД Молдова, кажется Булиге, который соединил меня с министром МВД Молдова Косташем И. Г. и тому я также доложил, то о чем сообщал Булиге. От Косташа я узнал, что к нам в Дубоссары направлены дополнительные силы милиции. Я стал убеждать, что дополнительных сил мне не нужно, что это только обострит обстановку. Со стороны министра последовало только одно: "Ждите". В момент моего разговора с ми­нистром в мой служебный кабинет зашли начальник УГАИ МВД Молдова представители республиканской прокуратуры, Гуцу из правительства, а немного позже - Райлян - начальник школы милиции. Разговор с Косташем они слышали. т.5 л. д. 7-12, 13-15, 16-21, 22-27, 28-39

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля Павалакий А. А., начальника следственной части прокуратуры ССРМ, в соответствии с которыми он прибыл в Дубоссары около 13 часов. Проезжая часть моста, справа, была свободной и автотранспорт практически без препятствий следовал в оба направления. Толпы у блоков не было. Прибыв в город убедился, что ни суд, ни прокуратура, ни здание Совета пикетами блокированы не были. Дверь прокуратуры была заклеена бумагой с двумя подписями, на входной двери суда имелись лишь следы такой бумаги. Обратился к работнику гор­исполкома Порожану по вопросу открытия прокуратуры, последний заверил, что никаких препятствий для работы прокуратуры не будет. В это время зашел зампрокурора Мынзат, пояснивший, что ключи от прокуратуры ему возвращены.

Свидетель Павалакий А. А.: "... К Днестровскому мосту подъехали примерно в 13 часов. На правом берегу и в правой части моста что-либо необычного замечено не было. Левая сторона проезжей части в конце моста по направлению в г. Дубоссары была загорожена бетонными блоками, сколько их было сказать не могу... Правая сторона проезжей части была свободной и автотранспорт практически без препятствий следовал в оба направления... ...людей возле блоков не было.

Начальник РОВД майор Жосан находился на месте. Он разговаривал по телефону с Косташем, объяснял, что обстановка в городе идет на улучшение, предприятия и организации работают, дорога деблокирована. Просил не направлять в г. Дубоссары какие-либо дополнительные подразделения. Затем обратился к присутствующим в кабинете Райляну, Лапикусу и ко мне, чтобы каждый из нас по своим линиям приняли меры к приостановлению движения милицейских подразделений на Дубоссары. Он опасался кровопролития. По его просьбе Лапикус и Райлян кому-то звонили. Они старались убедить собеседников не вводить дополнительные силы в город, однако и их старания не увенчались успехом.

Я позвонил заместителю прокурора республики Дидыку В. А., поставил его в известность о происходящих событиях и попросил принять все возможные меры для предотвращения столкновения. При этом прямо сказал, что при вступлении милицейских подразделений в. Дубоссары крови не избежать ..." т.4 л. д. 156-161

Свидетель Финагин: "Около 11 часов 2 ноября 1990 г. мне стало известно, что в сторону Дубоссар движется колонна автобусов с вооруженной милицией. Я поручил инспектору ДНД города - Кадриченко чтобы он срочно организовал дружинников предприятий и направил их в горсовет. Прибывшие командиры дружины были проинструктированы нами, чтобы они вели наблюдение в районе поста ГАИ и моста через р. Днестр за продвижением колонны и за ее действиями, и сообщали нам в Горсовет. Об остановке транспорта, его досмотре указаний не давалось.

Около 14 часов я был у моста, где собралось около 150 чех век. Радом с мостом стоял а/кран "ЗИЛ" с прицепом, в кузове у него были ж/б блоки. А/краном их снимали на обочину. Я договорился с собравшимися, чтобы они проезжую часть моста пока не блокировал и сообщали в Горсовет о всех непредвиденных обстоятельствах. Вернулся в Горсовет, а через 20 минут в Горсовет приехал Жосан Д. П и сообщил, что мост через р. Днестр все-таки заблокировали.

Проехав на правую сторону реки, мы подошли к работникам милиции. Подполковник, которому представился Жосан Д. П. и предста­вил меня, в свою очередь назвал свою должность, заместитель на­чальника УВД гор. Кишинева, назвал свою фамилию - Вырлан С. Х. Последний спросил Жосана об обстановке в городе, блокировано ли здание РОВД. Жосан ответил, попыток к блокированию РОВД не предпринималось. Я сказал Вырлану, что обстановка в городе напряженная но контролируется. Он предложил нам вместе проехать в город, убедиться, что там все спокойно. Мы с Жосаном Д. П. сели в его а/машину "ГАЗ-24". На левом берегу нас остановили собравшиеся жители Дубоссар. Я пытался убедить граждан пропустить в город представителя милиции г. Кишинева, чтобы он уяснил, что обстановка в городе нормальная. Добавил, что п/п-к заверил нас, что никаких формиро­ваний на другой стороне нет и никто не собирается входить в город. Но его не пустили, т. к. люди не поверили, что нет колонны милиции. После этого Вырлан уехал за мост." т.5 л. д. 210-221

Свидетель Бевзюк А. Д., заместитель начальника Дубоссарского РОВД: "С 22 октября 1990 года я находился в очередном отпуске. В ноябре мне домой позвонил оперуполномоченный ОУР РОВД лейтенант Цуркан и сообщил о том, что получил указание начальника РОВД Жосана Д. П. о вызове меня в РОВД для эвакуирования оперативной служебной документации, в связи со сложной общественно-политической ситуацией в городе. В РОВД я собрал все документы, которые считал, что они подлежат эвакуации, передал начальнику УР и сообщил об этом Жосану. Он уехал сопровождать сотрудников, эвакуировавших документы. Примерно в 11 ч. - 11ч. 30 мин. в РОВД позвонил министр Косташ. Я ему объяснил, что Жосан уехал с документами и оружием в Кишинев. Доложил, что суд разблокирован, но пикеты стоят возле райисполкома и прокуратуры. Он неоднократно переспрашивал меня: "Подошли ли люди к зданию милиции?" - Я отвечал, что нет никого у здания милиции, ни одного человека. Далее он дал указания, которые сводились к следующему: Не дать возможности гражданам занять здание РОВД; Обеспечить фонкционирование суда, прокуратуры и райисполкома, приняв меры к разблокированию зданий 2-х последних названных организаций. Обращено внимание на необходимость разъяснительной работы среди граждан, в случае, если нападение на РОВД все-таки последует. Министр дал разрешение стрелять вверх.

Затем я пошел домой, переоделся в форменную одежду. Вернулся между 12 и 13 часами. К этому времени люди ушли от зданий прокуратуры, суда и райисполкома в сторону моста. Меня соединили с Косташем, которому я доложил, что прокуратура и райисполком деблокированы, но люди собираются у моста через Днестр. Здесь же я понял, что Косташ направил в город подразделения милиции, о чем мне сообщил незадолго до второго разговора с Косташем Райлян, также по телефону. Примерно в 14 часов Жосан вернулся и стал звонить, чтобы не направляли в город курсантов. Жосан убеждал министра, что нам не нужны в городе работники милиции, не надо их вводить, но тот от принятого им решения не отказался, заявил, что отряд милиции любой ценой пройдет через Дубоссары и расположится в селе Кочиеры, после чего бросил трубку.

 Вместе с Артемием после этого выехал навстречу колонне встретился с ней в полутора километрах за мостом. Разговаривал с Мудровым, рассказав ему о событиях в городе. Последний согла­сился, что необходимость в продвижении колонны в город, отсутствует и обещал переговорить с руководством по этому вопросу."

В соответствии с показаниями свидетелей Пасиковского и Мудрова, заместителей начальника КССШМ, у развилки колонна была остановлена сотрудниками милиции, к ним обратился заместитель начальника Дубоссарского РОВД Бевзюк, который просил не вводить город подразделения милиции, так как обстановка нормализовалась а въезд сотрудников милиции ее обострит, так как поднимется население всего города.

Пасиковский и Мудров решили поехать в город, чтобы изучить обстановку, свободно проехали мост, однако, не доезжая до поста ГАИ были остановлены группой женщин, которые сообщили, что обстановка в городе нормальная и полностью контролируется местными властями, просили не входить в город, так как это приведет к кровопролитию. После этого Пасиковский и Мудров вернулись обратно к колоне, остановились около вагончика ГАИ. Туда же приехал начальник КССШМ Райлян из Дубоссар, который подтвердил, что обстановка в городе спокойная, что было доведено до сведения Вырлана. т. 4 л. д. 144-151; т. 11 л. д. 179-188

Допрошенный в качестве свидетеля Райлян М. С., работающий в должности начальника Кишиневской средней специальной школы ми­лиции (КССШМ) МВД СССР, пояснил, что, утром, 2 ноября 1990 года ему позвонил Премьер-министр республики Молдова Друк и дал указание вместе с личным составом школы выехать в город Дубоссары, где хулиганствующими элементами заблокированы здания РОВД, прокуратуры, народного суда и другие служебные помещения. Это указание он передал своему заместителю Мудрову для исполнения.

Около КПП ГАИ, при выезде из г. Кишинева, к их колонне присоединилась колонна с сотрудниками милиции учебного центра МВД ССРМ. Обе колонны направились в сторону гор. Дубоссары и остановились на Криулянской развилке, не доезжая 1,5 км до моста через реку Днестр в районе гор. Дубоссары. Сам Райлян выехал          в город, чтобы выяснить обстановку.

Свидетель Райлян М. С.: "... у нач. милиции т. Жосана были выяснена оперативная обстановка в городе и перед ним был поставлен вопрос: "Нужны ли силы для оказания помощи РОВД?" на что Жосан ответил, что раз оперативная обстановка стабилизируется, то нет в этом необходимости, здания правоохранительных органов деблокированы ... ... Получив такую информацию я вернулся на правый берег р. Днестра, нашел подполковника Мудрова и приказал ему передать личному составу школы оставаться на месте. Сказал Вырлану, что правоохранительные органы деблокированы и обстановка в г. Дубоссары контролируется работниками местной милиции... ... Личный состав школы непосредственного участия в операции по деблокированию моста не принимал." т.4 л. д. 137-141

Допрошенный в качестве свидетеля бывший начальник Дубоссарского РОВД Жосан Д. П. пояснил, что он осознавал, что ввод дополнительны сил МВД в гор. Дубоссары может резко обострить сложившуюся ситуацию в городе, опасался, что их приезд может вызвать кровопролитие, зная отношение местного населения к молдавской милиции. Поэтому в разговоре по телефону с Министром МВД Косташем доложил последнему, что руководство РОВД постарается стабилизировать обстановку и что ввод курсантов в город нецелесообразен, что ситуация в городе меняется лучшему, что здания суда, прокуратуры и райисполкома разблокированы. т.5 л. д. 26об.-27

Показания Жосана подтверждаются показаниями допрошенных по делу свидетелей: Бевзюка А. Д. (т.4 л. д.199-206), Павалакия А. А. (т.5 л. д. 156-161).

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля Министра внут­ренних дел ССРМ Косташа И. Г. усматривается, что основаниями для введения дополнительных милицейских сил в г. Дубоссары 2 ноября 1990 года послужили: 

1. грубое нарушение закона СССР от 1990 года "Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуни(ка)ций;

2. требования постановления Верховного Совета ССРМ от сентября 1990 года "О мерах по стабилизации общественно-политической обстановки в ССР Молдова."

 3. антиконституционные действия лидеров ОСТК, руководства Горисполкома, призвавших население гор. Дубоссары на митинге 1 ноября 1990 года, к гражданскому неповиновению, насильственному свержению государственной власти в городе и районе;

4. претворение в жизнь резолюции митинга от 1 ноября 1990 года. Захват, утром, 2 ноября 1990 года, зданий, райисполкома, суда, прокуратуры, их опечатывание; выдворение из них сотрудников;

5. Указание главы правительства по принятию срочных мер по деблокированию моста через р. Днестр и освобождению захваченных зданий государственных органов.

Руководство сводными силами было возложено на подполковника милиции Вырлана С. Х., а руководство каждым подразделением в от­дельности непосредственно на командиров подразделений. Для оперативного руководства и реагирования на действия сил милиции в район Дубоссар им в 11 час. 30 мин. (через дежурную часть МВД ССРМ), был направлен его заместитель Плэмэдялэ М. Д. Ему было поручено в последующем организовать работу оперативного штаба в г. Дубоссары. Связь с РОВД г. Дубоссары была осложнена ввиду развивающихся там событий, частым отсутствием в РОВД его руководства, большой паникой и дезинформацией по существу, дачей противоречивых сообщений. Если бы ему было известно о том, что госучреждения и мост деблокированы, то он безусловно принял бы меры о возврате дополнительно направленных сил милиции. Жосан не только не возражал против направления дополнительных подразделений, но и настаивал на этом в беседах по телефону. т.4 л. д. 83-97, 98-102

Движение колонны, требование сотрудников милиции о прекращении противоправных действий, сопротивление лиц, участвовавших в блокировании, действие милиции по разблокированию моста. 

После принятия руководством сводного отряда МВД ССРМ решения о деблокировании моста через р. Днестр, колонна двинулась в его направлении. По мере приближения к заграждению сотрудники милиции посредством устройств громкоговорящей связи, оборудованных на специальных транспортных средствах, обращались к гражданам, перекрывшим мост, с требованием пропустить милицейские подразделения, а также неоднократно предупреждали о том, что в случае неповиновения к ним будет применена сила. Поскольку горожане отказались подчиниться законным требованиям представителей власти, бойцы, ОМОН, под прикрытием сотруд­ников отдельного батальона патрульно-постовой службы УВД г. Кишинева, пошли на штурм заграждения.

Находившиеся на заграждение лица оказали работникам милиции интенсивное сопротивление, стали сотрудников органов внутренние дел забрасывать камнями, наносить удары кусками арматуры, металлическими предметами и другими подручными средствами по щитам и каскам нападавших.  

   Преодолевая сопротивление граждан, сотрудники милиции применили резиновые палки, а так же производили выстрелы в воздух автоматического оружия.Только после применения слезоточивого газа сопротивление находившихся на заграждении лиц было сломлено и подразделения милиции прорвали блокаду. В ходе указанного столкновения по заключениям судебно-ме­дицинских экспертиз 15 работникам милиции причинены легкие телесные повреждения. Из заключений экспертиз следует, что легкие телесные повреждения причинены 10 жителям г. Дубоссары. т.18 л. д. 42, 59, 67, 83, 87, 100, 102, 113, 120, 128,. 132, 135, 138, 144;т.17 л. д. 35, 169, 181, 235, 260, 85, 21888, 232, 38, 48т.20 л. д. 19

Все они находились в районе моста, причем, работнику милиции А. Северину рана между I и 2 пальцами правой руки причинена колю­ще-режущим предметом, остальным в результате воздействия тверды тупых предметов. Еще 17 работников милиции и около 10 горожан сообщили на следствии, что в ходе конфликта на мосту и сразу за ним у них были телесные повреждения, однако, например, у Г. Олар их при судебно-медицинском освидетельствовании не обнаружено из-за несвоевременного обращения в экспертную организацию, а остальные указанные выше граждане и работники милиции в медицинские учреж­дения вообще не обращались и экспертизы им не проводились, в ос­новном, в связи с тем, что они были установлены и допрошены когда объективные признаки повреждений не сохранились. Следствие приняло необходимые меры к проверке законности действий, как работников милиции, так и гражданских лиц. При этом установлено, что многие граждане оказали актив­ное сопротивление работникам милиции, в том числе и сопряженное с насилием.   

  Так, из показаний ряда работников милиции, а также видео­записи имевших место событий на мосту следует, что на бетонных заграждениях находился мужчина с топором, которым он наносил удары по щитам-витражам сотрудником ОМОНа, причем, один из щитов был пробит топором насквозь. Работники милиции А. Северин, И. Бургема, Э. Боинчан и некоторые другие показали, что "защитники" моста, оказывая сопротивле­ние, отбивались камнями, заточками, арматурными прутьями, нанося удары по щитам, каскам, а также непосредственно сотрудникам милиции. т.8 л. д. 207-214, т. 10 л. д. 162-165 т.6 л. д. 70-84

Из показаний то же А. Северина следует, что один из сопро­тивлявшихся граждан нанес ему удар в руку ножом или заточкой. т.8 л. д. 207-214. Сотрудники милиции Заришняк, Д. Кожокарь, Г. Коцук утверждают что видели в руках оборонявшихся граждан ломы, которыми они нано­сили удары по щитам, каскам милиционеров.  т. 9 л. д.172-175, 203-209, 216-220

Работники милиций В. Диденко, Г. Лучин и Эссик утверждают, что в ходе преодоления заграждения толпа столкнула их с моста с высоты 3-5 метров. Из показания объективно подтверждаются приведенными выше заключениями судебно-медицинских экспертиз; - протоколом осмотра щитов-витражей, согласно которому на 21 щите имеются множество вмятин, повреждений, в том числе и сквозных, размерами от 2-х до 12 см. т.12 л. д. 4-8, имеющимися в деле справками и актами из подразделений ОБППС и ОМОН о повреждении во время операции снаряжения и средств спецзащиты (касок, шлемов, бронежилетов). т.12 л. д. 32-32

Следствие принимало меры к установлению гражданских лиц, оказавших наиболее интенсивное сопротивление. Однако, из более чем 50 работников милиции только 7 человек на первоначальных допроса сообщили, что они могут опознать сопротивлявшихся. Так, Заленский указал, что он может опознать человека с топором, Шарунич - че­ловека с ломом, Боинчан - человека с ножом, который ударил Севе­рина по руке. Фурника, Некипелов, Кожокару и Колотушкин пояснили что они запомнили некоторых граждан, наиболее активно оказывавши сопротивление. Однако, при повторных допросах названных работников милиции когда им было предложено указать, по каким именно приметам они могут опознать правонарушителей, они заявили, что конкретных примет не запомнили и затрудняются опознать кого-либо.

Большинство же из жителей города, находившихся на заграждении на мосту подтвердили, что горожане, после того как работники милиции пошли на штурм, бросали в сторону милиционеров камни, другие подручные средства, но не указывают на конкретных лиц. (Полищук И. т. 14 л. д. 178; Богатский Б. т.14 л. д. 140-143; Иванов И. т. 14 л. д. 136-139). Ряд граждан, например, Канкан В. (т.17 л. д. 67-73) не отри­цают, что они бросали камни в сторону работников милиции. Некоторые другие свидетели подтвердили, что в ходе столкновения на мосту они использовали палки (С. Сясько) или арматурные прутья (Ю. Шаповалов, И. Серов, С. Зилотов и В. Пилипчук). т. 14 л. д. 146, 152, 157 т.17 л. д. 224

Однако, одни их признательные показания, не подкрепленные иными доказательствами, не дают оснований для предъявления им обвинения в сопротивлении работникам милиции. Кроме того, неизвестно причинен ли действиями этих лиц вред конкретным сотрудникам милиции. Следствие глубоко исследовало и вопрос правомерности применения сотрудниками органов внутренних дел огнестрельного оружия в районе моста. Исхода из показаний работников сводного отряда, выяснилось что в этом месте производило стрельбу из автоматов 32 человека. Все они показали, что стреляли только вверх. Подавляющее большинство свидетелей указывают, что стрельбу вели без команды, в целях пресечения незаконных действий горожан, бросавших в них камни и другие предметы, в результате чего для их здоровья создалась реальная опасность. Кроме того, руководство перед операцией разрешило им применять оружие для стрельбы вверх в соответствии с Положением о советской милиции только в "крайних случаях". Ряд свидетелей связывают начало стрельбы с противоправными действиями граждан именно в отношение себя. Например, И. Бургеля указал, что сразу же после того как ему нанесли металлическим штырем удар по каске и камнем попали в плечо, он произвел из  автомата  очередь вверх, израсходовав 9 патронов. т. 10 л. д. 162- 165

Милиционер ОБППС Э. Боинчан поясняет: "... В меня бросали камнями, выбили щит из рук... заточкой или прутом. Когда выбили щит из рук, то я выстрелил две очереди вверх, израсходовав 28 патронов. т. 18 л. д. 34-35. А милиционер С. Булига показывая о событиях того дня, в обоснование применения им огнестрельного оружия указал следующее: " Я видел как 5 гражданских с прутьями бросились в нашу сторону. Один из них, у которого в руке я заметил блестящий предмет, по моему нож, набросился на Северина. Северин поставил вперед свою руку и гражданский нанес ему удар тем предметом. В это время я выстрелил вверх. В соответствии со ст.ст. 243 и 244 Устава патрульно-постовой службы советской милиции, п. 11 Положения о советской милиции ее сотрудникам предоставлено право в исключительных случаях, в качестве крайней меры применять оружие: а) для защиты граждан от нападения, угрожающего их жизни или здоровью, если иными способами и средствами их защитить невозможно, б) для отражения нападения на работников милиции, когда его жизнь подвергается непосредственной опасности ..., если оно не может быть отражено иными мерами.

При обстоятельствах, о которых дали показания Э. Боинчан, И. Бургема, С. Булига и некоторые другие работники милиции, следствие считает производство выстрелов в воздух правомерным, поскольку для жизни или здоровья работников милиции имелась реальная опасность. Вместе с этим собранные доказательства позволяют прийти к выводу, что руководители операции и некоторые участники сводного отряда милиции в ходе разблокирования моста допустили элементы превышения власти и служебных полномочий, заключающиеся в следующем:

 Министр внутренних дел республики Молдова Косташ днем 02.11.90 г. издал  приказ № 4 п. 3 которого не соответствует дейст­вующим законодательным актам о порядке и основаниях применения оружия. В нем, в частности, указывается: ... категорически запретить применение огнестрельного оружия, за исключением случаев, предус­мотренных законодательством, а также предупредительных выстрелов вверх. т.4 л. д. 7

Некоторые участники сводного отряда производили на мосту стрельбу из автоматов вверх для психологического воздействия на жителей г. Дубоссары. Данный вывод подтверждается следующими доказательства­ми: - фонограммой указаний Вырлана перед деблокированием моста, где он, ставя задачи подразделениям органов внутренних дел, заявил:

"... Если надо будет в порядке так сказать психологии, с тем, чтобы психически воздействовать, чтобы эта толпа нам подчинилась, оружие может быть применено только на пре­дупреждение. Стрелять по населению ни в коем случае нельзя." т. 4 л. д. 136

Показаниями руководителей отдельных подразделений сводного отряда: И. Мельника, К. Бурлаку, В. Пивняка о том, что Вырлан разре­шил для психологического устрашения толпы стрелять в воздух. В результате некоторые рядовые милиционеры производили на мосту стрельбу вверх в целях профилактики. Например, свидетель Бырса указал: "на мосту все стреляли, и я тоже". т.6 л. д. 220-об.

В то же время следствие установило, что это отступление от закона при издании приказа, а также стрельба вверх в этих случаях не причинила какого-либо вреда государственным интересам или правам граждан, производилась без корыстной или иной личной заин­тересованностью, в связи с чем данное нарушение не является преступлением. Необходимо также отметить, что в соответствии с "Законом о полиции" республики Молдова, принятом 18 декабря 1990 года произведенные сотрудниками милиции выстрелы в воздух не охватыва­ются понятием "применение оружия". По решению законодателей республики под применением оружия понимается только "прицельный выстрел." 

Развитие событий в районе поста ГАИ, ул. Свердлова. 

Прорвав установленные на мосту заграждения, сотрудники ОМОН и патрульно-постовой службы, входившие в состав сводного отряда, с помощью резиновых палок, специальных средств, а также выстрелов по асфальту вслед разбегающийся гражданам, рассеяли их. При этом двое граждан Л. Чабан и С. Харжан получили соответст­венно легкие и менее тяжкие телесные повреждения в результате огнестрельных ранений, еще около 10 гражданам были нанесены побои резиновыми палками. Так, заместитель начальника Дубоссарского РОВД Лупол, пытав­шийся убедить работников сводного отряда не стрелять, был избит сотрудниками отдельного батальона патрульно-постовой службы. Кроме того, сотрудниками этого же батальона у КПП ГАИ были обстреляны из автоматического оружия автобус "ЛАЗ" и автомашина "Камаз", находившиеся на пути движения колонны, при этом водитель "Лаза" Лагунову Л. Б. нанесены побои. Там же, в районе ул. Свердлова, бойцами сводного отрада было разбито ветровое стекло автомашины. "Москвич" № 10-88 МДЦ, при­надлежащей гр. Наумецкому А. Д.

После того, как с проезжей части были убраны ж/б блоки колонна автомашин с милицейскими подразделениями двинулась дальше в направлении города. Проследовав около 800 метров и достигнув КПП ГАИ, колонна повернула налево, и выехав на ул. Свердлова, была вынуждена остановиться, из-за того, что большое количество местных жителей, перекрыли проезжую часть улицы. Сотрудники милиции вновь стали передавать обращения к гражданам, с требованием не препятствовать движению колонны, разъясняли гражданам противоправность совершаемых ими действий, однако последние отказывались выполнить их требования.

Сознавая, что преодолеть толпу граждан, стоявших на проезжей части ул. Свердлова, без жертв невозможно, командир сводного отряда Вырлан отдал приказ на вывод колонны и направлении ее по Полтавской трассе, пытаясь войти в город по рыбницкой дороге, со стороны одного из районов г. Дубоссары, именуемого в обиходе "Большой Фонтан". Колонна милицейских подразделений двинулась в указанном направлении.

Следствие установило, что в процессе движения от моста до места остановки колонны на ул. Свердлова ряд работников сводного отряда милиции умышленно превысили свои служебные полномочия, совершили действия, явно выходящие за пределы предоставленных им Положением о советской милиции и другими законодательными актами прав, не вызывавшихся сложившейся обстановкой, что выразилось следующем:

I) После применения слезоточивых газов находившиеся на заграждении, а также сразу за мостом граждане прекратили активное сопротивление и стали разбегаться. Часть из них, в том числе жен­щины и престарелые, не участвовавшие в неповиновении работникам милиции, побежали вдоль дороги по направлению к посту ГАИ, нахо­дящемуся в 400-х метрах за мостом. Другая же часть граждан побе­жала в сады вдоль поймы реки. При отсутствии какой-либо необходимости некоторые сотрудники отдельного батальона патрульно-постовой службы, действуя вопреки полученному приказу, стали стрелять по асфальту вслед разбегающимся людям, а также избивали их резиновыми палками в отместку за оказанное ранее сопротивление. При этом физический вред был причинен и лицам, не оказывавшим работникам милиции сопротивление. Указанный вывод основывается на следующих объективных дока­зательствах:

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы Харжану причинено менее тяжкое телесное повреждение - огнестрельное слепое ранение правой голени. По мнению эксперта ранение могло образо­ваться в результате рикошетирования пули. т.20 л. д. 22-25 Судебные медики не смогли определить природу происхождения ран и ссадин на левой голени у гр-ки Л. Чабан. Однако, физико-техническим исследованием надетых 2.11.90 г. на Чабан Л. Т. колгот, на левом наколеннике в 75 см от верхнего края пояса, выявлены соответствующие по локализации повреждению на теле пострадавший Чабан Л. Т. два сквозных повреждения, образован­ные от огнестрельного снаряда. Предполагаемые условия стрельбы - пулей или ее осколками, не позволяют определить: - в каком положения потерпевшая Чабан Л. Т. находилась в момент причинения ей повреждений, - механизм их образования - в результате прямого попадания пули или ее рикошета. т. 20 л. д. 36-38, 41-44

Чабан показала:"... Когда омоновцы преодолели заслон из блоков, они стали проходить по той обочине, где стояла я. Они продолжали стрелять и я почувствовала боль в левой ноге. Дома я обработала рану зеленкой, к врачам обращаться не стала...." т. 17 л. д. 318-320. Примерно такие же показания в этой части дал и Харжан с той лишь разницей, что до этого он находился у блоков на мосту в толпе сопротивлявшихся граждан. т. 17 л. д. 304

Все допрошенные работники милиции отрицают стрельбу из автоматов после деблокирования моста вслед убегающим гражданам, однако их показания опровергаются приведенными объективными доказательствами, а также показаниями свидетелей К. Коржова, пояснившего, в частности: "...  я побежал к саду, услышал крик милиционера - "стреляй по ногам", после чего раздались одиночные выстрелы". т. 17 л. д. 155А.

Голубева, Курашкевича и других о том, что после деблокирования моста людю стали разбегаться, со стороны работников милиции продолжались выстрелы. 2) Тогда же были причинены резиновыми палками побои гр-ке Гизя Е. Д., которая сообщила, что она находилась за мостом... "Из-за газа люди стали убегать, а милиция бежала за ними. Один из работников милиции ударил парня по голове дубинкой, тот упал на асфальт. Я стала оттаскивать парня и в это время почувствовала удар сзади но голове. Сзади меня был только работник милиции. От удара я потеряла сознание. За медицинской помощью не обраща­лась ..." т. 17 л. д. 43-44

Ее показания объективно подтвердили свидетели Зилотов, Лебинский и работник Дубоссарского РОВД Дабижа, указавшие, что между мостом и постом ГАИ сотрудники милиции дубинками избивали лежащую женщину. т. 16 л.д. 1-3; т.15 л.д. 246-250 т. 14 л.д. 190-192, 251-253

То обстоятельство, что сотрудники отдельного батальона патрульно-постовой службы после прорыва заграждений на мосту, в нарушение Инструкции "О порядке применения органами внутренних дел и внутренними войсками специальных средств, утвержденной приказом Министра внутренних дел СССР № 127 от 06.07.89 г., избивал резиновыми палками разбегающихся граждан, в том числе и не оказавших сопротивление подтвердили на следствии даже некоторые из сотрудников сводного отряда, в том числе заместители начальника КССШМ (Кишиневская школа милиции) Н. Пасиковский (т. 11 л.д. 17 -188), Ю. Мудров (т. 4 л. д. 144-151), сотрудники ОМОН Дережовский (т. 9 л. д. 14-9-150, 152-155), Р. Чайнак (т. 10 л.д. 124-131) и некоторые другие свидетели.

Например, Дережовский, касаясь обстоятельств, последовавших за разблокированием моста, пояснил: "... По дороге от моста до "круга" мы несколько раз пресекали избиение ППС-никами гражданских лиц. Видел как они били ногами и прутьями мужчину средних лет, одетого в куртку, брюки и по моему стариковские ботинки".

Вместе с этим никто из допрошенных работников милиции не показал на следствии об избиение женщины. Гизя, Зилотов и Лабинский не запомнили приметы работников милиции, наносивших ей удары, установить виновных в этом сотрудников милиции не удалось.

3) Избиение заместителя начальника Дубоссарского РОВД Лупол А. А. Последний показал: "2.11.90 года, узнал, что на мосту слышны выстрелы. Поехал на ул. Свердлова, думая, что не сотрудники ли нашего РОВД начали стрелять. Навстречу бежало много людей. Увидел 4-х сотрудников милиции с автоматами, на изготовку к стрельбе. Раскинув руки, я пошел к ним навстречу и стал говорить: "Не стреляйте, это безо­ружные люди," - В это время подбежали два сотрудника милиция и резиновыми палками стали наносить мне удары, которые пришлись по левой части тела, руке и спине. Меня сбили с ног и продолжали избивать ногами и резиновыми дубинками. Нанесли не менее 10-ти ударов дубинками и не менее 4-х ногами. Подбежавший старшина, схватил этих сержантов за руки и оттолкнул. т. 17 л. д. 180-197

На судебно-медицинское освидетельствование Лупол не направлялся. С его слов его показания подтвердила жена - В. Лупол (т.14 л. д. 262-263 ), а также очевидцы избиения, сотрудники райотдела милиции М. Николаев и В. Земленюк (т. 14 л. д. 257-258, 240-244), сотрудники сводного отряда милиции Катарамэ, Чойнак, Дережовский, Лабушняк и Крецу, причем последний назвал в числе избивавших и мужчину в гражданской одежде. Он же утверждает, что пресек избие­ние Лупола.  т. 9 л. д. 195-198; т. 10 л. д. 24 131; т. 9 л. д. 149-155; т. 10 л.д. 1-6; т. 7 л. д. 158-162, 167-169.

О конкретных виновных в избиении Лупола все вышеназванные свидетели и сам потерпевший ничего определенного сообщить не смогли.

4) Повреждение автомашины Москвич-412 госномер 10-88 МДЦ. Владелец указанной автомашины Наумецкий Н. Д. показал, что днем 2 ноября 1990 года он подъехал к мастерской по ремонту колес расположенной в районе "Круга". Машину остановил на обочине, а сам пошел к мосту, где услышал выстрелы побежал назад. С Шокуровым сели в машину. Проехав 20-30 метров остановился, чтобы посадить убегавших девушек. Как только тронулся, услышал удары дубинками по багажнику машины. Один из омоновцев ударил дубинкой по лобовому стеклу, разбив его. т. 17 л. д. 230-231. Об этом же пояснили на следствии Шокуров и ранее ему неиз­вестные девушки С. Бобок и Путилина. т. 14 л. д. 226-227, 228-234, 235-239

Объективно их показания подтверждается осмотром автомашины, согласно которому установлены повреждения на лобовом стекле, бо­ковой части кузова, левом ветровом стекле. Деформирована крышка багажника. т. 17 л. д. 233-234 Материальный ущерб составил 122 руб.  т. 17 л. д. 237

5) Стрельба по КАМАЗу госномер 96-48 МВЛ. Водитель этой автомашины И. Мирза показал, что о событиях г. Дубоссары 02.11.90 г. не знал. В тот день он возвращался из города Рыбницы. В районе кротового движения г. Дубоссары выехал на ул. Свердлова. Со стороны моста через р. Днестр бежали работники милиции, вооруженные автоматами и дубинками. На ул. Свердлова, слева, дорогу перегораживал автобус "ЛАЗ". Убедившись, что проехать в город не сможет, стал разворачиваться и в это время услышал выстрелы, после чего взял вправо и остановил "КАМАЗ".  Находясь в кабине видел, как двое работников милиция стреляли по колесам. Кто-то ударил по лобовому стеклу, пытались открыть левую дверь кабины, но он не открыл.Угроз для работников милиции он не создавал, т. 17 л. д. 209.

Следствием установлено несколько сотрудников отдельного батальона патрульно-постовой службы, производившие стрельбу в направлении КАМАЗа, водителем которого являлся Мирза. Ими оказались В. Балан, И. Забриян, В. Петренко, Г. Рошка, В. Савченко и А. Рошка. Кроме того, из показаний инспектора группы кадров ОБППС Крецу следует, что он при этом стрелял из автомата в воздух. Осмотром автомашины КАМАЗ 96-48 МВЛ выявлено, что прострелены скаты 3-х колес (2 передних и 1-го заднего). Кроме того, на других частях автомашины имеются следы от 4-х пулевых повреждений, в том числе на боковом и заднем бортах кузова. Из колес извлечены стержень из белого металла, деформированный металлический предмет, два кусочка металла цвета меди, предмет в форме пули. т. 14 л. д. 324-328

По заключению баллистической экспертизы особенности микрорельефа в этих фрагментах в своей совокупности не образуют комплексов признаков, достаточных для идентификации конкретного экземпляра оружия.

Все производившие стрельбу работники милиции отрицают, нес­мотря на объективные данные протокола осмотра, производство, выст­релов не по скатам автомашины. Указывая о причинах стрельбы, некоторые из них, например Забриян, А. Рошка, а также очевидцы стрельбы работники ОБППС Ю. Еырка, М. Гросу сообщили, что КАМАЗ двигался на большой скорости и создавал угрозу жизни и здоровью работников милиции, а Рошка А. даже сослался на то, что при движении КАМАЗ задел его и он упал. (т. 8 л. д. 143-149).

Однако анализ материалов дела позволяет прийти к выводу о надуманности этих показаний, стремлении тем самым обосновать правомерность открытия ими автоматного огня по автомашине. Так, показания Рошки, о якобы наезде на него никто достоверно не подтвердил. Г. Рошка утверждает, что стрелял по колесам уже стоявшего КАМАЗа, чтобы он впоследствии не мог перекрыть дорогу колонне. т. 8 л. д. 157-158. О том, что стреляли для того, чтобы лишить возможности водителю перекрыть дорогу указали на следствии свидетели, Катарамэ, Крецу и В. Бурлаку. т. 6 л. д. 170-171; т. 9 л. д. 195-198; т. 7 л. д. 158-169.

Причем последнему в ходе беспорядочной стрельбы в направлении КАМАЗа в результате рикошета было причинено пулевое ранение левого предплечья. На неправомерность стрельбы по КАМАЗу указали и многие участники сводного отряда. Свидетель О. Шкьона в частности заявил: "... КАМАЗ вывернул на ул. Свердлова, но толпа остановила его камнями, он дал задний ход, но там были работники ППС, которые зря открыли огонь до колесам, т.к. опасность им не угрожала... "Это же обстоятельство подтверждает и показаниями К. Дережовского: "... А я видел как маневрировал КАМАЗ, ППСники подумали, что он собирается перекрыть дорогу и открыли огонь, хотя непос­редственной опасности не было..." т. 9 л. д. 150  О. Вырлана: "... при мне стреляли в КАМАЗ, пули отлетали от асфальта, я даже "запрыгал", стал кричать, что вы делаете. КАМАЗ двигался очень медленно... его можно было остановить иным способом без стрельбы. т. 5 л. д. 130-132. Аналогичные показания на следствии дали работники ОМОНа В. Заришняк, Н. Кройтор, С. Гураль. т. 9 л. д. 172-374,. 223-220, 140.

Учитывая, что вышеназванные работники ОМОНа являются не заинтересованными свидетелями, следствие основывает свои выводы о превышении, в данном случае, стрелявшими своих служебных полномочий на их показаниях, подтвержденных показаниями водителя автомашины, результатами осмотра места происшествия, иными доказательствами. В то же время с учетом проведенной по делу баллистической экспертизы установить сотрудников милиции из числа стрелявших, чьи выстрелы поразили КАМАЗ, не представилось возможным.

5) Избиение водителя автобуса ЛАЗ Лагунова Л. Б. Из его показаний усматривается, что днем, 02.11.90 г., он по требованию жителей города перегородил проезжую часть ул. Свердлов автобусом ЛАЗ, на котором работал в качестве шофера. В его присутствии работники милиции стреляли по КАМАЗу, после чего он убежал. Когда колонна двинулась в обход, он сел в свой автобус, хотел отъехать, но работники милиции вытащили его из автобуса и причинили ему побои, ударив несколько раз по лицу, в том числе автоматом. Избили его за то, что он перегородил автобусом дорогу. После этого его отвезли в Криуляны, где до утра 03.11.91 г. продержали в от­делении милиции.  т. 17 л. д. 162- 172.

Согласно заключению эксперта, установленный у Лагунова на слизистой оболочке рубчик в области правой щеки образовался на месте заживления поверхностной ссадины. Данное повреждение от­носится к легким телесным и причинено от воздействия тупого твердого предмета, возможно, в срок, на который ссылается освидетельствуемый.т. 19 л. д. 175-176

На незаконность действий работников милиции в своих показаниях указывает свидетель Дубина В. М. - житель г. Дубоссары, принимавший участие в происшедших событиях 2.11.90 года. "… Люди побежали на ул. Свердлова и стали загораживать улицу. Водитель Логунов автобус поставил поперек дороги. Работники милиции вытащили его из-за руля, избили и забрали с собой." т. 14 л. д. 264-266, 267-270

Следствие считает избиение Лагунова установленным не только исходя из приведенных доказательств, но и потому что они подтверждаются показаниями некоторых работников милиции - участников сводного отряда, в частности Бырки Ю. В., А. Рошки,  Р. Чойнака и других, причем Бырка и Рошка первоначально показывали, что мили­ционеры избили водителя КАМАЗа. Однако, как выяснилось в дальнейшем, Лагунова они ошибочно приняли за водителя КАМАЗа Мирзу, тогда как в отношении последнего насилие не применялось, что подтверди, и сам Мирза. т. 17 л. д. 209-215

В деле имеются также показания жителей г. Дубоссары А. Голубева, Г. Барагуцы, Н. Берестененко, В. Гончарова, В. Коляденко, Н. Коржова, С. Леонтюка, В. Медушевского, В. Пилипчука и некоторых других о том, что после, разблокирования моста, между ним и постом ГАИ работники сводного отряда милиции причинили им побои и телесные повреждения. Однако, следствие не располагает достаточными доказательствами, подтверждавшими бы неправомерность действий сотрудников милиции по применению резиновых палок по отношению к указанным лицам.

Показания каждого из этих граждан другие из свидетелей в полном объеме не подтвердили. Кроме того, большинство из указанных лиц находилось на мосту перед подходом колонны и в ходе его деблокирования, у некоторых из них, по их собственным показаниям, в руках были прутья или палки. Поэтому следствие не может исключить, что они сами оказывали активное сопротивление законным действиям сотрудников милиции и получили телесные повреждения при совершении ими самими противоправных действий. Кроме того, в деле имеются данные о том, что в месте перекрытия ул. Свердлова жителями г. Дубоссары депутат Дубоссарского городского Совета народных депутатов Козлов в процессе переговоров с работниками сводного отряда милиции продемонстрировал им зажатую в руке гранату. Причем, он угрожал ее взорвать, если работники милиции попытаются прорваться в город с применением силы в отношении местного населения. Допрошенный в связи с этим Г. Козлов сообщил, что в месте остановки колонны он и Родовский вступили в переговоры с работниками милиции, рассказали им, что помещения административных органов в городе никто не захватывал, отказались пропустить колонну. После того, как один из работников милиции заявил, что они вновь применят газы, он вытащил учебную гранату и сказал: "попробуйте". т. л. д. Его показания подтвердил Родовский (т.  л.д. )

Сотрудники милиции Д. Карлэтяну, Б. Фурника, С. Блындеску и В. Кординяну показали, что видели в указанном песте Козлова с гранатой, но об угрозах с его стороны не сообщают, в отличии от работника ОМОНа Урсатого, который утверждает, что Козлов при разговоре демонстрировал гранату, "… угрожал подорвать себя и нас." т. 5 л. д. 67-73; т. 6 л. д. 60-65, т. 10. л. д. 82-93, 106-115

Командир взвода ОМОН Кузнецов, касаясь действий Козлова, уточнил, " … В ходе беседа Козлов сказал, что в городе все спокойно, учреждения не захвачены, что они нас не пропустят и продемонстрировал гранату". т. 9 л. д. 232-234

Все работники милиции сочли,  что граната боевая. Однако при ее изъятии и осмотре выяснилось, что это имитационный макет гранаты предназначен для учебных целей, не содержащий взрывчатых веществ.т. 20 л. д. 291-292

Даже если считать достоверными показания Урсатого об угрозе со стороны Козлова, следствие приходит к выводу, что в данном случае отсутствовала реальная угроза применить сопротивление, сопряженное с насилием. Кроме того, сопротивление предполагает активное противодействие работникам милиции, в то время как Козлов никаких активных действий в отношении работников милиции не совершал. С учетом изложенного состав преступления в его действиях отсутствует. 

  Развитие событий в районе Б. Фонтана. 

Выполняя указание Вырлана о движении сводного отряда через г. Дубоcсары по Рыбницкому шоссе (объездная дорога) в п. Кочиеры, колонна в составе 4 четырех автомашин и двух автобусов начала движение по вышеуказанному маршруту. Причем, ее движение оказалось практически неуправляемым, так как Вырлан некоторое время оотавался на посту ГАИ, и не передал управление кому-либо из офицеров, двигавшихся впереди колонны. Ее порядок был нарушен; в то время, как сотрудники патрульно-постовой службы, находившиеся без щитов уже втянулись на Рыбницкую трассу, подразделение ОМОНа все еще находилось на ул. Свердлова.

Поняв намерение командования отряда проехать в с. Кочиеры через Дубоссары указанным обходным путем, находившиеся в толпе на ул. Свердлова люди решили опередить работников милиции, воспре­пятствовать движению колонны. С этой целью И. Казимиров и В. Боровский на закрепленных за ним автомашинах марки КАМАЗ и КРАЗ догнали начавшую двигаться к Б. Фонтану милицейскую колонну. Работники милиции попытались оста­новить их, открыв по машинам огонь из автоматов. Казимирову уда­лось обогнать колонну и поставить машину поперек проезжей части дороги в районе Б.Фонтана. Автомашина же Боровского была зедержана, а самого его избили в 100 метрах от Б. Фонтана.

Когда одни милиционеры задерживали Боровского, другие прис­тупили к освобождению проезжей части дороги, которая к тому вре­мени кроме машины Казимирова, была перекрыта еще двумя подъехав­шими туда КАМАЗ-ами и автобусом. После того как часть дороги удалось освободить, колонна стала продвигаться дальне. Однако, удалось проехать только первым трем машинам, так как к этому времени к месту события на нескольких автобусах и грузовых автомашинах подъехали жители г. Дубоссары. Они стали требовать прекратить избиение Боровского и освободить его, продвигаясь к месту его избиения, окружили милицейскую автомашину УАЗ-469 под управлением водителя Боца, забросали ее камнями. Выскочившие же из остальных автомашин и автобусов работники милиции, стремясь оттеснить людей и заставить их пропустить колонну, открыли огонь из автоматов в воздух. Ряд жителей города, явившихся свидетелями избиения Боровского, отказались выполнить требования милиционеров, оказывая сопротивление, швыряли в их сторону камня, резиновые шланги, палки и т. п.

В ходе этого противостояния, некоторые из сотрудников милиции, подбирали те же камни и другие предметы, бросали их в толпу, а также периодически, находясь на расстоянии 15-20 метров от шеренги людей, открывали из автоматов стрельбу, как в воздух, так и по асфальтовому покрытию дороги, под ноги гражданам. Только после подхода сил ОМОНа, которые встали со щитам между противоборствующими сторонами, и последующих за этими переговоров, в ходе которых руководителям подразделений сводного от­ряда было сообщено о фактах убийств горожан, столкновения прекратились.

В сложившейся ситуации дальнейшее продвижение колонны в направлении с. Кочиеры стало невозможным, в связи с чем Вырланом была дана команда всем подразделениям сводного отряда отходить к расположенному недалеко от места происшедших событий животноводческому комплексу, где после перегруппировки отряд был отведен на правый берег р. Днестр. т. л. д.

В ходе столкновений в районе Б. Фонтана в результате огнестрельных ранений грудной клетки были убиты жители города Дубоссары Мицул В. В., Готка В.Н. и Гелетюк О.А. Также огнестрельные ранения были причинены горожанам С. Зарубину, Г. Шкурату, В. Тимонову, П. Головко, И. Сербинюку, В. Курашкевичу, И. Брагаренко и Б. Кулдашеву, причем по заключениям судебно-медицинских экспертиз повреждения у Тимонова являются тяжкими, у Головко легкими с расстройством здоровья, у остальных - менее тяжкими. т. 19 л. д. 91-103, 187-201, 41-51, 56-67, 129-142, 69-82, 242-257, 171-173 т. 20 л. д. 1-6, 50-63

Кроме того, в результате воздействия твердых тупых предметов получили легкие телесные повреждения А. Баланко, водитель КРАЗа В. Боровский, а также работники милиции К. Буруянэ, В. Бурдухану и И. Гроссу.т. 19 л. д. 12-13, 37-38, 22-23, 25-26.

Расследование показало, что на этом этапе многие участники сводного отряда милиции также действовали с явным превышением предоставленных им законом прав и полномочий.

I) Избиение В. Боровского.

Касаясь этого факта, последний показал, что после остановки им КРАЗа, обступившие машину милиционеры разбили ветровые стекла, Один из них вытащил его за волосы из кабины. В начале ударили кулаком в лицо, потом прикладами автоматов стали бить по телу. На­несли 15-20 ударов, после чего посадили в автомобиль. Избивало его несколько человек. Жители города требовали прекратить избиение. Освободил его знакомый работник милиции. т. 17 л. д. 23-33

Судебно медицинская экспертиза зафиксировала у Боровского в области левой грудной железы, на коже левого плеча и правого бедра повреждения в виде ссадин, а в поясничной области слева кровоподтеки, которые относятся к легким телесным повреждениям и образов от воздействия тупых твердых предметов в срок и при обстоятельствах на которые он сослался.т. 19 л. д. 36-38Подробности избиения Боровского подтвердили местные жительницы Н. Хлевник, А. Сорочан, О. Приходько, О. Бобок, являвшиеся очевидцами неправомерных действий работников милиции, а также А. Гаджимгомедов, А. Куля и другие горожане прибывшие к месту событий, с целью не пропустить колонну подразделений милиции в город.

Большинство из допрошенных сотрудников милиции заявили, они не были и не могут сказать, кто бил Боровского. Только свидетель Рошка Г. Б. в своих показаниях указал, что после того как КРАЗ остановился... "кто-то из ребят вытащил водителя, ему надавали и отвели" вглубь колонны. Кто избивал водителя он не запомнил. т. 8 л. д. 154-об

Принятыми мерами установить работников милиции, допустивших превышение власти в отношении Боровского, не представилось возможным.

2) Стрельба из автоматов под ноги гражданам на ул. Новолунговской (Б. Фонтан), повлекшая травмирование 12человек в результате огнестрельных ранений, в том числе смерть троих граждан. 

В процессе расследования дела тщательному исследованию подвергался вопрос обоснованности применения участниками сводного отряда милиции огнестрельного оружия в районе Б. Фонтана на ул. Новолунговской. По первоначальным рапортам и показаниям работников милиции в этом месте производило стрельбу 32 человека. Подавляюще большинство из них указало, что стреляли не по команде, а для пресечения преступных действий горожан, разбивших камнями и металлическими прутьями два милицейских УАЗика, а также бросавших в них камни, куски арматуры и резиновые шланги. Каждый из стрелявших утверждает, что лично он стрелял только вверх, как и другие и только старшина ОБППС УВД Кишинева П. Тимуш подтвердил, что кт из работников милиции стрелял под ноги перед толпой граждан, было видно, как в 1-2 метрах от людей в асфальт и землю попадали пули, но сам он стрелял только вверх.т. 8 л. д. 240-245

Следствием установлено, что неправомерные действия работников милиции, избивавших Боровского, привели к повышенной активности местных жителей, численностью около 30 человек, до того стоявших за КАМАЗом Казимирова, которые, требуя прекратить избиение и освободить Боровского, вышли из-за КАМАЗа и направилась к месту биения. В ответ работники милиции, у которых отсутствовали специальные средства (щиты, каски и т.п.), стали стрелять из автоматов в воздух. На это обстоятельство указал в частности, свидетель А. Исай, сообщивший, что стрельба началась в тот момент, когда милиционеры стали бить Боровского, а "жители бросились его выручать". т. 15 л. д. 272-274

Его показания подтвердили свидетели Воробьев, А. Куля, П. Чепобаев и некоторые другие жители г. Дубоссар. Косвенно они подтверждаются и отдельными участниками сводно­го отряда милиции, находившимися в районе Б. Фонтана. Например, А. Руссу свидетельствует: "...стрелять начали, так как толпа пошла в нашу сторону, подошла к нашей машине, видимо, хотели сесть в нее. После стрельбы стали бросать камни. т.8 л. д. 172-175. О том, что стрельба началась, т.к. люди стали подходить к милицейским машинам, заявил на следствии и Мацко Ф. М.т.8 л. д. 2-7. И. Рошка показал: "... Так как никого из офицеров не было, не знали, что дальше делать. Толпа вела себя угрожающе и ребята стали стрелять в воздух, кто не знаю." т. 8 л. д. 366-168

Еще во время избиения Боровского часть горожан КАМАЗом Казимирова повторно перегородила проезжую часть Новолунговской ули­цы в ответ на что работники милиции требовали убрать КАМАЗ, не мешать продвижению колонны. Однако к этому времени к месту событий стали прибывать автобусы и машины с жителями города, выехавшие с ул. Свердлова. Они не реагировали на требования работников милиции кричали, что не пропустят милицию в город, стали бросать в сторону сотрудников милиции, а также в стоявшие здесь же милицейские автомашины камни, палки, металлические прутья. Эти обстоятельства подтвердили жители города И. Никифоров (т. 16 л. д. 66-70), Ж. Лабинский (т. 16 л. д. 1-6), А. Бачинский (т. 15 л.д. 19-20, 22-23), А. Бессмертный и другие не менее 40 свидетелей.

На кадрах выданной свидетелем Ю. Задорожным (участник сводного отряда) видеозаписи зафиксировано, как работники милиции настойчиво призывают граждан убрать с дороги препятствия и разойтись. После невыполнения их требований часть сотрудников милиции собравшись в группу из 10-12 человек бежит к КАМАЗу, за которыми толпа жителей, производя очереди из автоматов в воздух. Видно также, как в сторону милиционеров летят камни. т.   л. д. Со слов Ю. Задорожного это один из начальных моментов событий у Б. Фонтана. т. 5 л.д. 74-89

Сотрудники же милиции О. Боца, А. Доника, Ю. Еырка, А. Плотн и другие, около 15 человек указали, что они открыли стрельбу воздух, т. к. жители города камнями и железными прутьями стал, носить удары по двум автомашинам УАЗ-469, выбив в них отекла.Вышеприведенные показания работников милиции об этом и объективно подтверждаются данными, полученными в ходе осмотра надлежащих ОБПСС УВД г. Кишинева автомобилей марки УАЗ-469 г/н 11-08 МВБ и г/н 09-96 МВА, о том что на этих автомобилях имеются множество повреждений в виде вмятин, царапин, следов осыпания краски, а также разбиты стекла.т. 12 л. д. 1-2

Следствие установило, что в этот момент еще никто из жителей города не получил огнестрельных ранений, и большинство из потерпевших только подъезжали на автобусах к месту событий. Из показаний О. Бешекуца, Ж. Лабинского, В. Богословского, Збирни, В. Савранчука, М. Савчука и других известно, что в тот момент, когда они прибежали к месту стрельбы, она уже велась периодически, УАЗ-469 был уже поврежден. Большинство людей находилось в шеренге перед КАМАЗом в 15-20 метрах от работников милиции. Стрельба возникала неоднократно, так как люди находившиеся за КАМАЗом а некоторые и из шеренги кидали в сторону работников милиции камни, резиновые шланги. Именно в этот момент часть работников милиции стала стрелять под ноги стоявшим гражданам, многим из которых были причинены огнестрельные ранения, в том числе смертельные - В. Готке, О. Гелетюку и В. Мицулу.На это же фактически указывают в своих показаниях работники милиции П. Тимуш и М. Лозан.т. 7 л. д. 230-234; т.6 л. д. 240-247

Анализом обстоятельств причинения им огнестрельных ранений (в их числе и смертельных), установлено, что ранения были причинены срикошетившими пулями или их фрагментами (осколками). На это указывают показания очевидцев и непосредственных участников столкновения на Б. Фонтане о том, что раненые и убиты появились в момент выстрелов в асфальт, а также заключениями проведенных по делу судебно-медицинских, судебно-технических и баллистических экспертиз. т. 19 л. д. 1-264; т. 20 л. д. 1-73

И только при судебно-медицинском исследовании трупа Готки, а также физико-техническом исследовании его одежды, признаков рикошета не установлено. т. 20 л. д. 91-98, 114-124 Это обстоятельство эксперты объясняют отсутствием пули (ранение грудной метки у Готки сквозное). Вместе с этим эксперты не исключают и ранения Готки в результате рикошета. т. 24   л. д. Следствием не собрано бесспорных доказательств, свидетельствовавших бы о прямом убийстве Готки. О том, что ряд участников сводного отряда милиции стреляли под ноги гражданам свидетельствуют не только многие очевидцы - жители города, не только приведенные выше заключения экспертиз но и показания сотрудников милиции в т. ч. руководителей: А. Денисова, А. Кожокаря, А. Куцевицкого, Ю. Мудрова, О. Крецу, П. Бивола и Н. Тимуша.

Так, преподаватель школы милиции Денисов, касаясь развитию событий в районе Б. Фонтана, показал: ... Я видел, что перед ОМОН стоит цепочка сотрудников ОБППС, а им перегородив дорогу стояла толпа человек 300, в руках у них ничего не видел, в милиционеров что-то бросали, они поднимали и швыряли назад в толпу. Другие стреляли вверх, а некоторые в асфальт перед толпой - под ноги, работников ППС несколько человек были в гражданской одежде, некоторые из милиционеров бегали в хвост колонны для перезарядки магазина. т. 11 л. д. 141-149

А. Кожокарь дополнил, что толпа стояла в 15 метрах от работников милиции, часть из которых стреляла в асфальт, при нем один человек в толпе упал, его подняли и унесли. т. 11 л. д. 152-163. О том что при этих обстоятельствах погибли и были ранены люди пояснили на следствии Куцевицкий, Бивол и Тимуш П. т. 11 л. д. 166-170 т. 6 л. д. 55-58; т.8 л.д. 240-247

 В ходе следствия Куцевицкий на месте происшествия показал точки производства выстрелов в асфальт и места падения раненыхт. 11 л. д. 171-176. С асфальтового покрытия, указанного Куцевицким был изъят и подвергнут экспертному исследованию его фрагмент. При исследовании в куске асфальта обнаружены две деформированные оболочки пуль, а также один сердечник пули, которые являлись частями пуль патронов к автомату Калашникова АК-74, калибра 5,45 мм. Признаков, позволяющих идентифицировать оружие, из которого они выстрелены, не обнаружено. т.20 л. д. 150-167.

Следствие принимало все возможные меры к установлению работников милиции, стрелявших перед толпой в асфальт и виновных в гибели Готки, Гелетюка, Мицула, а также причинении другим названным выше граждан огнестрельных ранений, однако, они не привели к положительным результатам. Так, по заключениям экспертов обнаруженные у раненных и убитых осколки пуль недостаточны для идентификации оружия, из которого они выстрелены. т. 20 л. д. 79-60, 119-130, 162-164, 172-175

Только в одном случае эксперты предположили в вероятной форме, что пуля, извлеченная из раны Головко, возможно выстрелена из автомата АКС-74У № 803792.т. 20 л. д. 147-143. Жителям города Дубоссары, участвовавшим в событиях на Б. Фонтане, предъявлялась видеокассета, на которой были запечатлены сотрудники сводного отряда милиции. Однако из 35 опознававших только семеро первоначально заявили, что они опознают стрелявших под ноги граждан работников милиции (7 человек), причем Гоцур в категоричной форме опознал трех якобы стрелявших. т. 15 л. д. 176. Однако, при проведении очной ставки с опознанными им Г. Рошка, Гоцур заявил, что он ошибся и хотя Рошка там был, но он не стрелял. т. 15 л. д. 180. Свидетель Збирия на очной ставке с Доникой также сообщил, что он не может утверждать о том, что стрелял именно Доника, хотя ранее четко его опознавал. т. 15 л. д. 240.

И хотя некоторые свидетели, например Головко или Сербинюк на очных ставках соответственно с Боца и Г. Рошка подтвердили свои показания, этих доказательств явно недостаточно для бесспорного вывода о том, что Рошка, Доника, Боца, Додон, Прутяну, Трочин и Бырка стреляли под ноги гражданам. Все работники милиции это от­рицают.

Как видно из показаний Ю. Задорожного, производившего видео запись имевших место на Б. Фонтане событий, им были засняты обсто­ятельства, при которых были ранены или убиты многие граждане, в том числе, стрельба под ноги людям.т.5 л. д. 74-89. Это же обстоятельство подтвердили свидетели, работники мили­ции Денисов, Куцевицкий и другие, а также некоторые жители города. Его показания находят объективное подтверждение.

Так, на копии, представленной следственным органам МВД ССР Молдова, кадры со стрельбой у Б. Фонтана отсутствуют. Отсутствуют даже те несколько кадров, сохранившиеся на видеокассете, выданной Задорожным. В ходе следствия руководство МВД ССРМ не представило следствию оригинал видеозаписи, отрицая его наличие у себя.

Признавая указанные действия (стрельбу под ноги гражданам), преступными, следствие исходит из того, что в толпе граждан у Б. Фонтана находились и лица, не оказывавшие работникам милиции какого-либо сопротивления, в том числе женщины и несовершеннолет­ние пришедшие туда из любопытства. Даже из показаний многих участ­ников сводного отряда милиции следует, что когда из-за толпы или из-за автомобилей отдельные граждане бросали в работников милиции камни и другие предметы, сами находившиеся в первых шеренгах го­рожане требовали прекращения этих провокационных действий. Следст­вие также учитывает, что смертельные повреждения Готке, Гелетюку, Мицулу и огнестрельные ранения другим гражданам были причинены в тот момент, когда обе противоборствующие силы находились в ста­тичном положении, на расстоянии 15-20 метров друг от друга. Тот факт, что в этот момент со стороны горожан некоторые из них бросали камни, не может служить оправданием для работников милиции, производивших стрельбу, поскольку реальной угрозы их жизни не было. Кроме того, стреляя по асфальту в направлении людей с расстояния 15-20 метров, каждый из них должен был осознавать и предвидеть общественно-опасные последствия, т.е. что в результате этих действий пострадают невиновные люди.

В деле имеются показания ряда работников милиции о том, что они стреляли из автоматов в воздух, чтобы пресечь незаконные действия гражданских лиц, которые забросали камнями и прутьями автомашину УАЗ под управлением водителя Боца. (свидетель Балабоков, Доника, Бырка, Плотник и другие). Отдельные участники сводного отрада утверждают, что они стреляли в воздух, т. к. в них попали камнем, палкой и т.п. (Бордухан, Маленький, Кравческу, Бешляга, Буруянэ), другие, обосновывая стрельбу в воздух из автоматов, указывают на попытку пресечь, таким образом, незаконные действия горожан, которые бросали в сторону работников милиции различные предметы.

Следствие считает, что во всех этих случаях стрельбы в воздух работники милиции действовали в пределах предоставленных им прав и полномочий, и в рамках закона. Кроме того, по делу установлено, что работники милиции Про­кофьев, Прутяну, Боца и некоторые другие, стремясь не допустить блокирования шоссе в районе Б. Фонтана, производили выстрелы в автомашины "КАМАЗ" и "Краз" под управлением водителей Казимирова и Боровского, обогнавших колонну. Все работники милиции утверждают, что в ходе движения КАМАЗ и КРАЗ создавали реальную угрозу столкновения с автомашинами, колонны, а также наезда на некоторых из них, на требования остановить он не реагировал, а доказательств, опровергавших бы эти показания расследовании собрано недостаточно.

Следствие приходит к выводу, что па момент их совершения эти действия, образовывали состав преступления - превышение власти, сопряженное с применением оружия. Однако, с 20.03.91 г. Постановлением Верховного Совета СССР введен в действие Закон СССР "О советской милиции", который значителъно расширил права работников милиции по использованию оружия и распространи в п. 15 Закона это право на остановку транспортных средств путем их повреждения, если водитель ставит под реальную угрозу жизнь и здоровье граждан и не останавливается, несмотря на неоднократные требования.

Таким образом, в настоящее время вышеуказанные действия состава преступления не образуют. Следствие также признает в действиях ряда граждан состав преступления - сопротивление работникам милиции, сопряженное с насилием. Так, из показаний сотрудника милиции Буруянэ усматривается, когда колонна стояла у Б. Фонтана пожилой мужчина пытался залезть под его автомашину, в тот момент, когда он вытаскивал его, неизвестиые нанесли ему удар прутом по спине, попали кирпичом. Из  показаний Бешляги, Бордухана и И. Гроссу следует, что в ходе конфликта им были причинены телесные повреждения в результате попадания в них камней, консервной банки, удара палкой. т. 6 л .д. 47-49, 181-184, 181-194 т. 6 л. д. 237-241

Их показания объективно подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертиз, а показания Бешляги - другими свидетелями. Однако установить лиц, оказавших сопротивление работникам милиции, в том числе повредивших две автомашины УАЗ не удалось. Никто из работников милиции не мог указать конкретных примет правонарушителей и опознать их. Большинство участвовавших в блоки­ровании улицы Новолунговской подтвердили факты бросания камней, резиновых шлангов в милицейские автомашины и в сторону работников милиции, но дали об этом неконкретные показания. Горожане Францужан, Кулдашев и Шкурат признали, что они броса­ли камни в сторону милиционеров, однако, не известно причинили ли они своими действиями вред конкретным работникам милиции. Кроме того, их показания не подкрепленные иными доказательствами, не могут быть положены в основу обвинения в преступлении.

В деле содержатся показания Калинкина, И. Пугач, Сербинюка и других о том, что в отношении работников милиции неправомерных действий не совершалось, камни и т.п. в их сторону не бросали, однако, следствие критично оценивает эти показания, поскольку они противоречат другим, в том числе объективным, собранным по делу, доказательствам.

Одновременно по делу проверялась версия, выдвинутая министром внутренних дел ССР Молдова Косташем о том, что граждане могли получить огнестрельные ранения от выстрелов военнослужащих, дисло­цирующейся в г. Дубоссары воинской части.  Необоснованность данного заявления подтверждается приведенной выше совокупностью доказательств, а также: показаниями Мукабенова И. С. - командира в/ч 44606 и лиц, про­ходящих службу в этой части. т. 21 л. д. 73-126, 129-138 - актом проверки оружия и боеприпасов в/ч 44606 и их налич­ностью на 06.11.90 г., излишков и недостач которых не выявлено. т.21 л. д. 50-52

Оценка деятельности руководства МВД ССР Молдова и командира сводного отряда милиции.

 Следствие тщательно исследовало действия руководителей МВД СС Молдова и сводного отряда милиции в ходе событий 02.11.90 года. В материалах уголовного дела имеются доказательства допущен­ных Министром внутренних дел республики Косташем, а также руководи­телем сводного отряда Вырланом отступлений от действующих инструк­ций, ошибок и упущений при комплектовании сводного отряда, его ос­нащения, профессиональной организации тактических действий. Так, Косташ И. Г., в нарушение Приказа МВД СССР № 174-88 г, "О дополнительных мерах по обеспечению охраны общественного поряд­ка при проведении массовых мероприятий" и утвержденных данным при­казом "Наставлений"; - назначил руководителем операции по разблоки­рованию органов государственной власти и управления заместителя начальника УВД г. Кишинева Вырлана С.Х., а не своего заместителя;

- лично перед операцией не осуществил выезд на место нарушения общественного порядка;

- не организовал должным образом работу оперативного штаба МВД ССР Молдова по руководству специальной операцией;

- не обеспечил оперативную связь в ходе операции с руководи­телем сводного отряда Вырланом;

02.11.90 г. издал приказ, расширительно трактующий основания применения огнестрельного оружия (стрельба вверх).

В определенной мере эти нарушения на практике привел к тому, что Косташ не имел оперативной и самое главное достоверной инфор­мации об обстановке в г. Дубоссары, не проверил поступающие ему сведения о ее стабилизации, с ним, перед началом разблокирования моста не мог связаться с Вырланом.

Весте с этим следствие считает, что эти нарушения не находятся в прямой и непосредственной причинной связи с гибелью людей, причинением некоторым из них огнестрельных ранений, и не образуют состава преступления, а являются служебным проступком.

Командир сводного отряда Вырлан С.Х. 

- при формировании сводного отряда милиции не обеспечил соблюдение п. 2.15 "Наставления по организации первоначальной подготов­ки, повышения квалификации и переподготовки рядового и начальст­вующего состава органов внутренних дел", утвержденных приказом МВД СССР № 150-89 г., в соответствии с которым в период прохожде­ния первоначальной подготовки запрещается выдавать работникам табельное оружие, а также привлекать их к проведению оперативно- служебных мероприятий, выполнение которых связано с риском для жизни и здоровья, или может привести из-за неподготовленности к неправомерным действиям с их стороны. В нарушение этого "Настав­ления" для участия в операции, проводимой 02.11.90 г. сводным отрядом милиции, были привлечены не прошедшие специальной подготовки, не имевшие даже форменного обмундирования Иордэнэску, Чабан и другие (5 человек), которым были выданы автоматы АКС-74-Х с боекомплектом. Например, свидетель С. Иордэнэску пояснил, что на работу в органы милиции он принят в октябре 1990 г., материальную часть автомата не изучал, с его технико-тактическими данными не знаком, однако, автомат ему выдали в конце октября 1990 г. Но и после этого занятия с ним не проводились, из автомата ни разу не стрелял. Примерно такие же показания дали Чебан Ю. В. и Ю. П. и другие. т. 7 л. д. 84-91; 41-43, 48-49

- в нарушение Приказа МВД СССР № 065-89 г. и п. 4.10 "Наставления" по организации органами внутренних дел охраны общественного порядка при подготовке и проведении собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций", Вырланом, перед проведением операции не были созданы обязательные в таких случаях группы безопасности дорожного движения, изъятия, документирования и медицинского обеспечения;

- перед проведением операции Вырлан не привел в соответствии с законом распоряжение Косташа о "предупредительной стрельбе вверх и более того, при проведении инструктажа с командирами подразделе сводного отряда милиции, сам разрешил в нарушение закона "предупредительные выстрелы вверх для психологического" устрашения горожан.

- при проведении операции Вырлан в результате халатности не смог обеспечить квалифицированное управление силами и средствами сводного отряда, а самое главное, стремясь любой ценой выполнить приказ, не обеспечил строгого соблюдения социалистической законности подчиненными ему сотрудниками милиции при применении оружия не сохранил безопасности жизни людей. В наиболее сложной обстановке (у Б. Фонтана) милиционеры батальона ППС, слабо оснащенные средствами защиты и активной обороны, оказались предоставлены сами себе, действовали хаотично, а некоторые из них открыли беспорядочную стрельбу, в том числе под ноги гражданам. Отдав команду подразделениям колонны войти в город по объездной дороге, Вырлан проявив профессиональную некомпетентность, не возложил руководство этой частью колонны на одного из подчиненных ему офицеров. В результате на этом этапе операции он утратил управление силами сводного отряда милиции, не владел обстановкой, достоверно не знал о пот (ерях) среди личного состава и гражданского населения.Эти обстоятельства подтверждаются показаниями многих свидетелей.

Например Д. Карлэтяну показал, что ..."после "крута" всё перемешалось, порядка не было." т. 5 л. д. 70М. Лозан "... работниками милиции здесь уже никто не руководил Т. 7 л. д. 233-об. И. Рошка "... Т.к. здесь никого из офицеров не было, мы не знали что делать дальше."  т. 8 л. д. 167-об. И таких свидетельств можно привести еще не одно. Вместе с этим следствие приходит к выводу, что нарушения и упущения, допущенные Вырланом, не образует состава преступления превышения власти или уголовно наказуемой халатности. По своему служебному положению заместитель начальника УВД г. Кишинева Вырлан не мог быть назначен командиром специального сводного отряда. Таковым, по п. 4.9 "Наставления" назначается только заместитель Министра внутренних дел союзной республики. Поскольку сфера возможного совершения халатности ограничена рамками служебной компетенции лица, то в этой связи несовершеных Вырланом действий, не составляющих круг его обязанностей, не могут быть рассмотрены как уголовно-наказуемая халатность.

Следствие учитывает, что указанные факты ненадлежащего выполнения Вырланом служебных обязанностей руководителя сводного отряда милиции объективно объясняются и исключительностью ситуации, раннее не встречавшейся в практике работы правоохранительных органов республики, недостаточной ее регламентацией в соответствующих нормативных документах. Кроме того, упущения и ошибки Вырлана не находятся в прямой непосредственной причинной связи с наступившими тяжкими вредными последствиями, каждый раз причиненного в результате эксцессов исполнителей. О последнем свидетельствует то, что Вырлан в ходе ииструктажа неоднократно запрещал стрельбу в направлении граждан.

Отмеченные нарушения не являлись и следствием умысла, в связи с чем не подпадают под признаки преступления, предусматривающее ответственность за превышение власти или служебных полномочий.

Определяя юридическую квалификацию противоправных действий участников столкновения в г. Дубоссары 02.11.90 г., следствие признает наличие состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 185 УК республики Молдова (превышение власти или служебных полномочий в: I) действиях неустановленных работников милиции: а) стрелявшего под ноги гражданам в районе моста и Б. Фонтана, в результате чего были убиты Готка, Гелетюк и Мицул, а также причинены огнестрельные ранения 11-ти гражданам. б) стрелявших и повредивших автомашину КАМАЗ под управлением водителях Мирзы в районе "круга". в) избивавших резиновыми палками и другими предметами Лупола, Гизю, Логунова, Боровского.

Частью второй действия сотрудников милиции, указанных в п.п. и "б" квалифицируются по признаку применения оружия, а указанных в п. "в" по признаку применения насилия при превышении власти и служебных полномочий.

2) действиях конкретных неустановленных жителей города Дубоссары, разбивших камнями прутьями и топором несколько защитных витражей сотрудников милиции на мосту, повредивших две автомашины УАЗ 469 в районе Б. Фонтана, а также причинивших телесные повреждения различной степени тяжести милиционерам Вейкшо, Диденко, Дережовскому, Северину, Буруяин и другим частью 2 ст. 204¹ УК республики Молдова по признаку применения насилия.

Выводы следствия, касающиеся отсутствия состава преступления в действиях тех или иных лиц, приведены в настоящем постановлении ранее.. Дополнительно следствие отмечает, что действия работников милиции незаконно нанесших повреждения автомашине гр. Наумецкого не образуют состава преступления ввиду отсутствия у работников милиции корыстной или иной личной заинтересованности. Кроме того, следствием установлено, что о скоплении местных жителей на мосту через реку Днестр 02.11.90 г. было известно руководителям Дубоссарского городского Совета народных депутатов. Его председатель Финагин днем 02.11.90 г. неоднократно просил граждан разойтись и остаться здесь только дружинникам, однако, эти призывы не были восприняты горожанами, опасавшими, что в город могут войти волонтеры (добровольцы) и учинить бесчинства.

Однако, при этом но раздавалось призывов к учинению массовых беспорядков, погромов, иных насильственных действий, в том числе в отношении сотрудников милиции. Никто из представителей городской власти не осуществлял руководство уже собравшейся толпой в развивавшихся последующих событиях на мосту, улицах Свердлова и Новолунговской. Оказанное толпой сопротивление сотрудникам милиции нельзя признать вооруженным. По смыслу закона "вооруженное сопротивление власти" означает использование для этой цели оружия в узком смысле этого слова чем следует понимать предметы, специально изготовленные или приспособленные для поражения живой цели и не имеющие другого назначения. В этой связи, наличие у жителей Дубоссар палок, камней, арматурных прутьев и других хозяйственно-бытовых предметов, которые они применили на мосту в стычке с силами правопорядка, оружием не может быть признано.

Поскольку понятием - "Массовые беспорядки", охватываются только указанные в законе не подлежащие расширительному толкованию действия, которые участники толпы не совершали, событие преступления, предусмотренное ст.76 УК МССР отсутствует.

На основании изложенного, руководствуясь и.п. "а", "б" ст. 5 п. В ст. 172 и ст.ст. 185 и 186 УПК республики Молдова, 

II О С Т А Н О В И Л:

Предварительное следствие по уголовному делу № 18/8359-90

 I. 1. Прекратить:

 а) за отсутствием события преступления в части:

- блокирования транспортной коммуникации  -  Кишинев - Полтава на мосту через р. Днестр;

б) за отсутствием состава преступления, предусматривавшего ответственность за: 

- "Организацию и активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок" в отношении граждан. Пожидаевой Н. И., Коломейцева, Пасата, Олейника, Медушевского, Финагина В., Порожана А. Г.;

- "Превышение власти или служебных полномочий" и "Халатность в отношении граждан Косташа И. Г. и Вырлана С.Х,

- по факту проведения 01.11.90 г. несанкционированного митинга на центральной площади г. Дубоссары;

- причинения повреждений автомашине А. Наумецкого;

- причинение повреждений автомашинам, под управлением водителя Боровского и Казимирова; 

- "сопротивление работникам милиции" в отношении Г. Козлова.

II. Приостановить за неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого :

- за "Превышение власти или служебных полномочий" по фактам избиения граждан и незаконного применения огнестрельного оружия при стрельбе под ноги гражданам;

- за "Сопротивление работнику милиции", сопряженного с насилием со стороны ряда местных жителей города Дубоссары.

3)  О принятом решении уведомить заинтересованных лиц.

4) Вещественные доказательства 8 видеокассет, 1 магнитофонная кассета, объекты, исследованные в ходе баллистических экспертиз (фрагменты и осколки пуль, их сердечники и оболочки), 11 журналов и книг оперативного штаба – хранить при деле, металлический штырь, заточку, учебную гранату – уничтожить. 

Следователь по особо важным делам

при Генеральном прокуроре СССР

советник юстиции                                   Е. И. Чернышев

Примечание: Нами воспроизведен оригинал документа, сохранив стиль, орфографию, включая опечатки